— Вообще-то, те секторали, что я видел, не так уж сильно от моего мира отличались, — осторожно заметил я. — Если не считать Дельфора, конечно.

— Да много ли ты видел? — пренебрежительно махнул рукой Дельгадо. — Секторали все разные, есть и такие, которые вообще понять невозможно. Да и те, что ты видел, только кажутся похожими на старый мир. Когда дорастёшь до того, чтобы понимать, что такое сектораль и как она рождается, то сам увидишь, насколько у нас всё непросто. Ладно, с мирами разобрались, а здесь-то у меня ты каким образом оказался? Ты, надеюсь, не решил за моей дочкой приударить?

— Он и решил, — фыркнула Мирна. — Если в том мире все такие галантные, как он, то я, пожалуй, туда перееду.

— Проблема у меня возникла, великий, — вздохнул я.

— У тебя проблема возникла или у твоей княжны? — он остро взглянул на меня.

— Её проблемы — это мои проблемы, великий, — твёрдо сказал я.

— Даже так? — с интересом посмотрел на меня Дельгадо. — У меня почему-то сложилось впечатление, что у вас с ней ничего нет.

— Сейчас ничего и нет, — кивнул я, — а вот в будущем, возможно, будет. Когда наша жизнь станет чуть определённее.

— Понравилась девчонка? — усмехнулся он.

— Сильный характер, — кивнул я. — Мне он очень импонирует.

— У девочки действительно есть стержень, — добродушно сказал Дельгадо. — Ну и красивая к тому же, да?

— Тоже дело не последнее, — согласился я.

Дельгадо с Мирной дружно заулыбались, глядя на меня.

— Ну ладно, Артём, — наконец, сказал он. — Так что у неё за проблема?

— Убийцы, — коротко ответил я.

— А что, у нас не один убийца, папа? — удивилась Мирна. — А тот первый, кстати, откуда был?

— Из какой-то секты, про которую я вообще впервые услышал, — ответил ей Дельгадо. — Совсем идиот: взялся убивать прямо здесь, в Обители, можешь себе представить? А второй — это из её группы, забыл, как его зовут.

— Ивис Сульдин, — напомнил я.

— Ну да, точно, — кивнул Дельгадо. — Он из Аноки, работает на Андмиру Лесс. Ведёт себя более-менее прилично, так что мы его трогать не стали. Я только распорядился почаще его на отработки отправлять, чтобы ему не казалось, что у нас в Дельфоре таким, как он, легко живётся. Ты из-за него пришёл, Артём?

— Из-за него, великий, — кивнул я.

— Если твоя княжна не будет дурой и не попрётся с ним в другую сектораль, то никаких проблем не будет. Он знает, чем для него кончится попытка что-то сделать в Дельфоре.

— Этот Сульдин её очень активно провоцирует, — пожаловался я.

— Это скоро закончится, — мягко сказала Мирна. — Чуть позже сам всё поймёшь.

— Он должен до всего доходить своим умом, дочь, — строго заметил Дельгадо.

— Он дойдёт, папа, — отмахнулась она. — Я в него верю.

— Я так и не могу понять, зачем её пытаются убить, — заметил я. — Для чего её хотят похитить, мне более или менее понятно, но убивать-то зачем?

— Да затем же, — лениво отозвался Дельгадо. — На алтарь лучше класть живую, но если нет возможности притащить, то есть и другой способ: связать, или, скажем, парализовать, сцедить стакан крови и сразу же прикончить. Это сложнее, но если сделать всё правильно, то алтарь кровь примет.

Не сказать, что мне всё стало ясно, но расспрашивать великого дальше я не решился. Лучше с этим не спешить; со временем всё станет понятнее.

— Кстати, вижу, что ты неплохо приподнялся, — заметил Дельгадо, пристально рассматривая меня. — Хорошо поохотился?

— Смотря что считать хорошим, великий, — вздохнул я. — Но результат действительно неплох.

Он понимающе усмехнулся — отчего-то мне кажется, что он и сам во всех деталях знает, как протекала моя охота.

— Понял, в чём твоя ошибка заключалась?

— Трудно было не понять, — хмыкнул я. — Особенно когда мне так доходчиво объяснили.

Дельгадо с Мирной заулыбались, и я окончательно уверился, что про мою охоту они знают всё.

— Великий, а нельзя ли нам с Риной охотиться вместе? — спросил я. — Если, конечно, ей тоже дадут вторую ступень.

— Ловкий парень, да, дочь? — Дельгадо посмотрел на Мирну.

— Ловкий, — согласилась она. — Но всё же не зарывается. Можно и разрешить, раз уж у них всё так серьёзно.

* * *

Насчёт дальнейшего сосуществования со своей группой предчувствия у Арны были довольно мрачные. На самом деле ведь не так уж сложно её спровоцировать — достаточно зажать где-нибудь в углу и как следует полапать. Хочешь не хочешь, а придётся дать по морде, и здесь во весь рост встаёт непростой вопрос: что будет расценено как соответствующая реакция, а что — как нападение? Ответа Арна, разумеется, не знала.

Зловещие прогнозы, однако, не оправдались. Ивис так и смотрел на неё с ненавистью, временами кривясь в злобной гримасе, но близко не подходил. Арна тем не менее не расслаблялась и была постоянно наготове — этот типаж мелкого мерзавца был прекрасно ей знаком по братцу, и чего от таких следовало ждать, она вполне себе представляла. Какой-нибудь пакости, конечно, чего же ещё.

Арна в конце концов решила, что он ничего не делает, потому что боится отработки. Отработки ему действительно прилетали постоянно, и по малейшим поводам. То, на что преподавательница даже не обратила бы внимания у Арны, для Ивиса неизменно кончалось вечером, проведённым в хозяйственном здании. Арна такую политику внутренне горячо одобряла, но всегда держала лицо совершенно безразличным. Ивис и так ненавидит её до судорог, не стоит доводить его до срыва. Ему, конечно, в результате наверняка будет хуже, но и ей от его срыва тоже может достаться. Сестрички, впрочем, злорадных ухмылок не скрывали. Дружная группа, прямо на загляденье.

В последнее время, кстати, Ивис при виде неё кривился гораздо меньше, а иногда даже просто скользил по ней равнодушным взглядом и отворачивался. Артём подробно передал Арне свой разговор с Дельгадо, но она, честно сказать, не восприняла обещание великого всерьёз. Его слова насчёт того, что скоро всё образуется само собой, были больше похожи на отговорку, чтобы просто отделаться от них с Артёмом. Арна так и не смогла понять, что Дельгадо сделал, но в конце концов стало совершенно очевидно, что это были всё-таки не пустые слова, и что-то он действительно сделал.

Впрочем, времени для каких-то ссор им и не давали. Перемены были короткими, а отвлекаться на уроках было совершенно некогда, они едва успевали записывать слова преподавателя. Конспекты в самом деле регулярно проверяли, и отработка в хозблоке никого не привлекала. Особенно Арну — Ивис был там постоянным гостем, и провести с ним вечер наедине было последним, чего она бы пожелала.

Прямо сейчас их единственная преподавательница Ольда монотонным голосом рассказывала об истории Дельфора, а вся группа лихорадочно записывала это в конспект, боясь упустить хоть слово.

— Итак, из всех великих лишь Дельгадо с Форимом набрались смелости встать на пути дикой магии, которая угрожала разрушить сразу несколько секторалей, — вещала Ольда, при этом внимательно наблюдая, кто и как записывает. — На следующем уроке мы подробно поговорим о том, как великие укротили дикие вихри магии и создали Дельфор, который стоит на страже мира и удерживает стихию. Рина, — вдруг вкрадчиво обратилась она к Арне, — ты усмехнулась записывая. У тебя есть какие-то сомнения в рассказанном мной материале?

— Никаких сомнений, почтенная Ольда, — твёрдо заявила Арна. — Хотя мне действительно кажется, что это довольно упрощённая версия подвига великих, и полная история гораздо сложнее.

— Я давно заметила, что с умом у тебя всё в порядке, — одобрительно кивнула преподавательница. — Полная история действительно сложнее, но вы сейчас просто не в состоянии понять её во всей полноте. Позже вы не раз будете к ней возвращаться, рассматривая её с разных сторон, но сейчас вам хватит и этого. И всё же, Рина, тебе нужно твёрдо усвоить следующее: великий пожелал, чтобы первокурсники знали эту историю именно в такой форме. Поэтому не стоит обсуждать какие-то дополнительные детали до тех пор, пока тебе не будет это позволено. И только в дозволенных пределах. Помни об этом.

— Я запомню это, почтенная Ольда, — пообещала Арна. — Благодарю тебя за разъяснение. Следует ли мне записать это в конспекте?

— Очень хорошо, Рина, — преподавательница тепло на неё посмотрела. — Я уже вижу, что ты меня не разочаруешь. Всем записать моё замечание в свои конспекты.

— А мне бы за это отработку дали, — тихо про себя буркнул Ивис, но Ольда, разумеется, его прекрасно расслышала.

— Тебе непонятно, почему Рине позволяется больше, чем тебе? — она внимательно посмотрела на Ивиса.

Тот напрягся, чувствуя, что дело может легко закончиться ещё одной отработкой, но всё же решился на протест.

— Да, мне непонятно, почтенная Ольда, — угрюмо заявил он. — Она всего лишь холопка, которую даже не допустили к обучению по полной программе. Наверняка потому, что её способности не позволяют ей учиться вместе с нами. Не удивлюсь, если окажется, что у неё всего лишь серый символ. У меня, кстати, зелёный.

— Ты ещё не понял, что нам в Дельфоре безразличны ваши символы? — презрительно ответила Ольда. — Мне вот они совершенно неинтересны. А то, что она занимается по сокращённой программе, так это обычное дело. У всех вас будут разные программы. Набор предметов подбирается под способности и склонности конкретного студента, и этот набор вообще ни о чём не говорит.