– Натэниел! – крикнула я.

Вдруг Жан-Клод появился рядом с кроватью.

– Натэниел пытается удержать Дамиана в живых, но не знает, как. Ты должна напитать их энергией, ma petite, немедленно.

– Или что? – спросила я, наклоняясь к собственной руке, мертвой хваткой сжавшей запястье Ричарда.

– Или они умрут, – ответил Жан-Клод.

Глава тридцать первая

Глава тридцать первая

Я уставилась на него, потому что ему поверила, но кормить ardeur – это означало секс, а никогда в жизни еще мне его не хотелось меньше, чем сейчас.

Ричард сказал:

– Кормись, Анита, ты должна кормиться.

Я посмотрела на него:

– Хочешь помочь?

Он покачал головой:

– Нет, не я. У меня не настолько хорошая концентрация.

Панику перерезал голос Жан-Клода:

– Реквием, это твой час. – Он посмотрел на меня. – Если ты будешь противиться, они умрут. Убери щиты, дай его силе взять себя. Пусть он пробудит в тебе ardeur – и питайся.

Вдруг передо мной оказалась грудь, украшенная колотыми ранами. Я смотрела в глаза Реквиема, прозрачно-синие, почти до боли яркие. Он взметнул свою силу, но я не почувствовала ничего. Он пополз по кровати – а я не заметила. Снова меня охватила паника, но уже по другой причине. Несколько минут назад я хотела остаться одна, чтобы снова была только я, но ведь я же не это имела в виду. Я взмолилась про себя, что не это имела в виду, – будто моя мысль была виновата в этом новом несчастье.

Я все еще прижималась к Ричарду, и Реквиему пришлось взять меня за руки выше локтей и вытащить из его объятий. Пальцы Ричарда скользнули по мне, и потерю его прикосновения я ощутила как удар. Как зверек, которого вырвали из гнезда и бросили в центр бури. Буря эта была из мяса и костей, и еще – глаз, пылающих, как пылал бы океан, если бы мог загореться.

Голос Жан-Клода шепнул мне:

– Отпусти, ma petite, отпусти, или все погибло.