— Нет же, их живых больше нет, мы нашли…
— Ага… Вы застрелили мамонта? Нашли мамонта? Заполевали? Как будет точнее?
— Мы нашли…
Харев высказывался точнее Ермолова:
— Экспедиция Школьного университета нашла ископаемый труп мамонта. Мы хотели использовать его для нужд учебного процесса, но отсутствие средств заставило нас привлечь японский капитал.
— Ага, — развлекался Бортко. — А вы, значит, — обернулся он к Тоекуде, — вы и есть японский капитал?
— Я и есть. И я хотел бы сделать вам официальное заявление…
— Сейчас и сделаете. Так, значит, вы привлекли господина Тоекуду. Простите, а контракт у вас с ним подписан?
— Контракт у Чижикова, в Карске. Этот контракт был нарушен господином Тоекудой, который вошел в преступные отношения с господином Андреевым с целью попытки похищения мамонта. Я прошу еще раз арестовать этих преступников.
Лик Бортко излучал почти небесную кротость.
— Простите, а когда вы отыскали этого мамонта? Судя по запаху, давненько.
— Мамонта нашли в прошлом году. Сейчас мы были должны…
— Ага, ага! Скажите, а почему не было нигде и никакого сообщения о том, что была сделана такая находка?
— Ну-у. Ажиотаж, понимаете, нежелание привлекать внимание разного рода авантюристов, в том числе международных.
И при последних словах Саня Харев неодобрительно покосился в сторону Михалыча. Тот гадостно, ехидно ухмылялся, но не произносил ни слова.
— Ага. Но вы ведь не известили и никакие научные учреждения, ни в России, ни за рубежом. Никто не слышал об этом мамонте. Или вы считаете, что руководство Академии наук — это тоже шайка аферистов?
— Но ведь есть же такая вещь, как приоритет! Мы сделали уникальное открытие! Так почему мы должны были кому-то его отдавать!
— Ага, ага. То есть вы считали, что мамонта должны извлечь именно вы сами? Ваша фирма?
— Что вы имеете в виду под фирмой? — позеленел Харев от бешенства.
— Как отвечает на такие вопросы мой старинный приятель из Одесского угрозыска, «что имею, то и введу» (физиономия Харева приобрела свекольный оттенок). А имел я ввиду экспедицию Школьного университета. Я не ошибся? Все верно?