Старик потер левый глаз с такой силой, будто пытался выдавить его, и поскреб нос.

– Я тогда уже женился, и они добрались до моей Бетти. Я всего один раз ненадолго оставил дом – поехал в город за едой и боеприпасами. Оставил ей ружье, но они все равно добрались до нее – раскроили от шеи до пояса. Я похоронил ее во дворе и пошел искать убийцу. Но их не выследишь.

– Почему? – спросил Дин. – Они что, не оставляют следов?

– Иногда да, а иногда и нет. Иногда следы просто обрываются. Иногда превращаются в другие следы. Они не приходят откуда-то. Они… как бы это сказать? – Он щелкнул пальцами. – Они… возникают из пустоты, делают свое черное дело и опять исчезают.

– Вы это видели?

– После того, как Бетти убили, я не стал отсиживаться в доме. Я похоронил ее, а потом пошел в лес, потому что видел, что они приходят оттуда. Я провел в лесу много дней, выслеживал их, как зверь, пытался понять, откуда они берутся, есть ли у них вожак, и все такое. И я узнал, что они возникают ниоткуда. Никого нет, и вот, в следующее мгновение, он уже здесь. И никакого знака, чтобы понять, когда и где они возникнут. Однажды ночью один появился прямо передо мной, чуть не на мне. Я тогда еще подумал, что было бы, возникни он прямо на том месте, где я стоял, а не чуть в стороне. Ну, спрашивать я его, конечно, не стал. Отрубил голову топором, и дело с концом. Работает ничуть не хуже пули. Кажется, они не такие уж крепкие. Сильные, да, но мертвые, и рады вернуться туда, откуда явились.

– Значит, мы на верном пути, – заметил Сэм. – Это восставшие мертвецы.

– Осталось понять, кто их воскрешает и зачем, – поддержал его Дин. – И положить этому конец.

– Не совсем то, с чего мы начинали, но достаточно близко, – заметил Сэм. – Мистер Байрд, не знаете ли вы, у кого может быть зуб на Сидар-Уэллс? Кто может стоять за этими убийствами?

Байрд задумался.

– После второго сорокалетия я уехал из города. Это был 1966 год. Сюда тогда понаехали военные, а мне до них нет никакого дела, разумеется, если они не мертвяки. И смысла оставаться здесь без Бетти я не видел. Но я недалеко уехал: если по прямой, километров двадцать пять. И следил за временем, чтобы не пропустить, если все начнется снова. Я был готов. Знал, что нужно делать. Я хотел вернуться в город и положить этому конец.

– Так вы, значит, стали действовать, – сказал Сэм. – Поэтому вас и видели рядом с местами убийств. Но нам надо знать, кто, по вашему мнению, стоит за всем этим? Кто-то должен был начать этот сорокалетний цикл убийств. И если мы найдем его, то сможем прекратить все это раз и навсегда.