— Что такое? — рявкнул Генри.

— У меня на связи доктор Ван Аллен. Он хочет поговорить с вами.

— О чем?

— Он не говорит. Сказал лишь, что должен поговорить с вами.

Генри Пейтон зашел в диспетчерскую, чувствуя себя все больше и больше маленьким мальчишкой, катящим на велосипеде без тормозов вниз с высокой горы: слева — пропасть, справа — отвесная скала, а сзади — гонится стая голодных волков с репортерским оскалом.

Он взял микрофон.

— Пейтон слушает. Говорите.

— Лейтенант Пейтон, это доктор Ван Аллен. Медицинский эксперт округа. — Голос был глухой и далекий, часто прерываемый треском статических разрядов. Генри понял, что надвигается гроза. Час от часу не легче.

— Да, я знаю, кто вы, — сказал Генри. — Вы отвозили мистера Бюфорта в Оксфорд. Как он там?

— Он...

Тр-рах, хр-русть, з-звяк.

— Вас плохо слышно, доктор Ван Аллен, — со всем терпением, на которое только был способен, сказал Генри. — У нас тут жуткая гроза. Пожалуйста, повторите.

— Мертв! — проорал Ван Аллен сквозь треск разрядов. — Он умер в машине, но мы полагаем, смерть вызвана не огнестрельными ранениями. Вы меня поняли? Мы считаем, что пациент умер не от огнестрельных ран. У него произошел нетипичный отек мозга, вызвавший полный распад. Наиболее вероятный диагноз — какая-то ядовитая субстанция, очень ядовитая, попала ему в кровь при выстрелах. Это вещество буквально разорвало ему сердце. Подтвердите.

О Господи, подумал Генри Пейтон. Он ослабил галстук, расстегнул воротничок и нажал на кнопку передачи.

— Подтверждаю, доктор Ван Аллен, но, будь я проклят, если что-нибудь понял.

— Яд скорее всего содержался в пулях револьвера, из которого в него стреляли. Инфекция сначала распространялась медленно, а потом резко набрала скорость. Мы имеем два открытых веерообразных пулевых отверстия — в щеке и в грудной клетке. Очень важно, чтобы...

Тр-рах, хр-устпъ, з-звяк.

— ...находится.

— Повторите, доктор Ван Аллен. — Как же Генри хотел, чтобы тот просто взял телефонную трубку. — Пожалуйста, повторите.