Агнесс взглянула на него в последний раз и поняла, что он уходит навсегда, и ничто уже не может остановить войну. Самуил повернулся лицом к солнцу, его волосы сверкали как раскаленное золото. И на секунду, как будто желая быть запечатленным на сердце, к ней развернулся выточенный из мрамора профиль. Его взгляд, прощаясь навечно, устремился к Агнесс.

Зеленые глаза Самуила проникли в глубину ее души, когда она не ожидала. Внезапно по телу Агнесс побежали мурашки: в зрачках, которые она так давно не видела напротив своих правдивыми, неожиданно вспыхнули, озаряя его лицо, как озаряли звезды мглу ночи, яркие, словно свет, искры, такие, какие заставляли ее трепетать тысячи лет назад.

Колени Агнесс покачнулись. Самуил услышал вырвавшийся из губ вскрик. Не наблюдая себя, в следующий миг она сорвалась с места и кинулась к нему. Он устремился к ней и поймал в свои объятия, сникшую от переживаний и нахлынувших чувств.

Агнесс дрожала под кольчугой, обнимая его за шею и прижимаясь к груди. Ясным отблеском она осознавала, что если он ее обманул, то сейчас ничего не помешает ему воткнуть ей нож в спину. Однако он лишь прижал ее к себе крепче, не гнушаясь железных оков и касаясь щекой ее волос. Агнесс ощутила, как ее касается его неровное дыхание.

— Сэм… Сэм, зачем ты ушел? Зачем?.. — прошептала Агнесс. — Ты знаешь, сколько я рыдала о тебе?.. Сколько раз обвиняла себя во всем?.. Я так хотела тебя вернуть…

— Я не знаю зачем, Агни… Я не знаю… — измученно произнес он. — Я был ослеплен. Я хотел отомстить Михаилу. Я не мог простить, что ты ушла к нему… Любимая…

— Но ведь я не хотела тебя предать… Я всегда любила вас одинаково… — Агнесс взглянула в ставшее близким лицо. По ее щекам бежали ручейки слез. В глазах тоска перемешивалась с усталостью и болью.

— Я знаю… Я не виню тебя. Прости, что я так поступил… Прости меня, — проговорил Самуил. — Я бы отдал все, чтобы это исправить, но теперь поздно…

— Сэм… Я люблю тебя… — Агнесс закрыла глаза. Она почувствовала, что ее влажную щеку тронула его ладонь. Его губы ощутились совсем рядом. — Нет, не надо…

Агнесс отстранилась, обрывая попытку ее поцеловать. Она отодвинулась от Самуила, поправляя волосы. Только сейчас она заметила, что оставила меч позади себя, на бегу воткнув его в воздух. Рука Самуила держала кончики ее пальцев. Агнесс робко оглянулась, ища глазами свое оружие. Ее замешательство заметил Самуил.

— Агни, будь со мной, — сказал он. — Я знаю, что прошу у тебя слишком многого, но ты должна мне помочь, умоляю тебя… Я не хочу хоронить свою жизнь, я хочу снова быть счастливым.