Лезвие мелькнуло рядом со скулой Иеремиила.

— Я — невоенный архангел, — перебарывая сковывающий шок, произнес Иеремиил. — Вы не сможете тронуть меня, иначе, согласно небесным законам, превратитесь в пыль, — его глаза, детские и чистые в своей решительности, прямо встретились со взглядами демонов.

— Мы это знаем, не волнуйся, — ответил главный из духов. — Никто не собирается резать твое тело, не корчись заранее от боли… С тобой мы всего лишь поиграем в игру… — остальные демоны под взором командующего встали плотнее к архангелу. — Ты же любишь смотреть живые картинки. Кровь, насилие, вопли о помощи…

Как нарастающий снежный ком вылетели последние слова. Иеремиил вздрогнул и взметнулся ладонями: вокруг него начал плотнеть воздух. Архангел оступился на месте, но нарождающаяся преграда не дала ему упасть. Через несколько секунд он оказался зажат, как в саркофаге, обращенными на него отражающей стороной зеркалами, за которыми он теперь едва-едва мог различить жуткие силуэты падших ангелов.

Врезаясь заостренной болью ножей в замирающее сердце, зеркала вдруг со всех сторон полыхнули раскаленным пламенем. Иеремиил зажмурил ослепленные зрачки, но в этот момент на него обрушились людские стоны, загрохотали взрывы и раскаты разрывающихся снарядов. Иеремиил вскрикнул, сраженный диким ужасом разлетающейся плоти. Чужих оторванных ног. Перед его глазами, вырывая куски его тела, оказались сразу сотни и тысячи сцен Земли: войны, убийства, нестерпимый голодный бред. В его сознании матери кидали под поезд новорожденных младенцев, маньяки перерезали горло женщинам, отцы до смерти забивали своих детей.

Иеремиил испустил истошный крик сумасшедшей боли и бросился от всего этого прочь, ударяясь о твердое, как сталь, стекло.

— Ты любишь жертвовать собой, так спаси их всех, архангел милосердия, — как сквозь стену услышал Иеремиил.

Мутящимся разумом в непрекращающейся бойне Мил заметался среди зеркал, пытаясь разбить их и вырваться из плена. Но они наступали на него еще сильнее, еще большим количеством жертв, еще громче становились вопли. Он закрывал глаза и до травмы зажимал уши, но звуки проникали через кожу, кровь лилась сквозь опущенные веки.

— Выпустите!!! — прокричал он сорвавшимся голосом.

Иеремиил, обезумев, бросился на зеркало и стал что было мочи долбить его плечом и руками. Но в этот миг его обожгло ядерным взрывом: он узрел летящие радиоактивные осколки и тут же тысячи разодранных в клочья людей и сворачивающиеся под раскаленной струей ленты ДНК: убитые не отдельные жизни, но целые поколения японских городов. Дьявольские изуверства словно вывернули наружу тела, коверкая образ человеческий, делая его невыносимым. Иеремиил метнулся от искалечивающей душу реальности и повалился ничком на землю. Его словно придавило многотонным прессом.