— Я просто устал, — прошептал Киндерман. — Прости меня. Больше ничего. Абсолютно ничего. Я просто устал.

Аткинс проводил его домой.

Воскресенье, 20 марта Глава шестнадцатая

Воскресенье, 20 марта

Глава шестнадцатая

Какой же из этих миров настоящий? — размышлял Киндерман. Тот, что находится за пределами человеческого понимания, или же наш, в котором мы живем? Эти миры пересекаются порой. Безмолвные солнца обоих миров иногда сталкиваются.

— Для вас это, наверное, явилось настоящим ударом, — пробормотал Райли.

Священник и следователь одиноко застыли у гроба на кладбище. В этом гробу покоилось тело того, кто мог быть Каррасом. Молитвы были прочитаны, и мужчины стояли теперь молча, погруженные в свои думы и печали. Поднималось солнце, кругом царила тишина.

Киндерман посмотрел на Райли. Священник находился совсем близко.

— Почему?

— Вы потеряли его дважды.

Киндерман помолчал и перевел взгляд на гроб.

— Это был не он, — тихо возразил лейтенант, покачав головой. — Это был совсем не он.

Райли покосился на Киндермана и предложил:

— Давайте выпьем!

— Хуже не будет.

ЭПИЛОГ

ЭПИЛОГ

Киндерман застыл на тротуаре перед входом в кинотеатр «Биограф» и поджидал сержанта Аткинса. Он вспотел и, засунув руки в карманы плаща, то и дело бросал нетерпеливые взгляды на М-стрит. Стоял воскресный полдень, двенадцатого июня.