— Простите, я не разобрала.

Киндерман слушал, как продолжают мерно падать капли, ударяясь о раковину.

— Вы можете идти, мисс Спенсер, — произнес следователь. — Спасибо.

Девушка вышла, и, когда ее шаги в коридоре стихли, он с нежностью дотронулся до лица Подсолнуха. Следователь немного задержал руку на его щеке, а потом, повернувшись, покинул палату. Что-то изменилось вокруг. Но что?

— Что тебя так беспокоит, Аткинс? — спросил он. — Выкладывай.

Сержант не знал, куда глаза девать.

— Как вам сказать… — неуверенно начал он и пожал плечами. — У меня есть для вас сообщение, лейтенант. Отец «Близнеца»… Короче, мы нашли его.

— Нашли?

Аткинс кивнул.

— И где же он? — осведомился Киндерман.

Сейчас, — или это только показалось Киндерману, — глаза Аткинса словно зажили своей собственной жизнью, растекаясь ярко-зелеными пятнами вокруг темных зрачков.

— Он мертв, — констатировал сержант. — Он скончался от удара.

— Когда?

— Сегодня утром.

Киндерман молчал.

— Что за чертовщина творится здесь, лейтенант? — воскликнул Аткинс.

Только теперь Киндерман осознал, что же вокруг изменилось. Он посмотрел на потолок. Все лампочки ярко горели.

— Думаю, что кошмар закончился, — тихо пробормотав, кивнул лейтенант — Да. Я так думаю. — Он взглянул на Аткинса и уже более решительно добавил — Все кончено. — Киндерман еще немного помолчал. — Я поверил ему.

А в следующее мгновение ужас и горечь потери, облегчение и новая боль опять заполнили его душу. Киндерман сморщился от этой боли. Прислонившись к стене, беспомощный и одинокий, он заплакал. Аткинс никак не ожидал этого, он растерялся, не зная, что делать, а потом шагнул вперед и обнял следователя.

— Все в порядке, сэр, — снова и снова повторял он, но лейтенант никак не мог успокоиться. Аткинс уже отчаялся, когда рыдания наконец стихли. Аткинс продолжал удерживать следователя в своих объятиях.