— Шутка для тех кто в теме, — ответил Кэз. — О да, и мне, конечно, понадобятся все ваши телефоны.

Как только все средства связи были конфискованы, Кэз забрался на водительское сиденье, опустил окно и дал газу, оставив ханжеского преподобного и его сотрудников в аризонской пыли.

— Кэз, — сказал Гарри, когда машина уже неслась по шоссе.

— Да, Гарольд?

— Да благословит тебя Господь.

4

4

Люцифер лежал под огромной массой раздробленного камня, но его тело, столь восхитительно крепкое, осталось целым после обрушения адских небес. Голоса, пробудившие его от коматозного состояния, не были человеческими; скорее в них слышались трубные отзвуки, свойственные голосам его собственного племени ангелов, хотя их спор (который он прекрасно понимал, несмотря на прошедшие века) едва ли свидетельствовал о том, что они являлись вестниками любви.

— Мы должны были быть здесь, чтобы увидеть собственными глазами, Бафраиат. Кому-то следовало следить за ситуацией и поднять тревогу, как только зашатался каменный свод. Я бы хотел посмотреть на такое с первого ряда! Можешь себе представить царившую панику, крики и мольбы…

— Демоны не молятся, Такий!

— Конечно они молятся.

— Ты действительно такой кретин, а? Кому, мать твою, они могли бы молиться?

— У них был лидер. Какой-то бунтарь. Эка зараза! Не помню его имени. Ты же знаешь: у меня не очень с именами. Он был мудаком, все так говорят. И старый Кормила вышвырнул его сюда. Он затеял какой-то там бунт.

— Люцифер?

— Точно. Люцифер. Они молились Люциферу.

— Зачем?

— Не он ли отстроил это место?

— И что? Кого заботит?

— Меня.