— Оставь нас, дочь моя.

Милочка Мэгги, пятясь, вышла из комнаты, все так же держа перед собой горящую свечу.

Отец Флинн совершил соборование. Когда обряд закончился, Пэт сказал слабым голосом:

— Я бы не стал звать вас ночью по холоду, но то, как моя дочь…

— Сын мой, тебе отпущены все мирские грехи. Храни молчание.

Когда Пэт снова попытался заговорить, отец Флинн прервал его:

— Успокойся, сын мой.

Священник начал собирать сумку.

— Я пошлю за доктором.

— Не надо доктора, — прошептал Пэт. — Я ухожу в мир иной.

— Чтобы подписать свидетельство о смерти. Таков закон.

Отец Флинн вышел к Милочке Мэгги и Денни, помолился с ними и ушел, сказав им слова утешения.

Милочка Мэгги, дрожа и с капающими из глаз слезами, вошла к отцу.

Она обнаружила его лихорадочно натягивающим брюки.

— Папа! — потрясенная, вскричала она. — Что ты делаешь?

— Убираюсь отсюда! — проорал Пэт. — Ты, да священник, да доктор, вы меня живьем похороните! Пойду в дом вдовы, там хоть безопасно!

Зима Милочки Мэгги с Клодом была просто чудесной.

Глава сорок пятая

Глава сорок пятая

Клод вернулся домой. Пока они с Милочкой Мэгги сидели на кухне, дожидаясь, когда пожарятся две принесенные им курицы, он, по своему обыкновению, попросил ее рассказать ему обо всем, чем она занималась в его отсутствие. Она рассказала ему обо всем, кроме того, что подала прошение взять детей из приюта. Она подумала, что у нее будет достаточно времени, чтобы ему рассказать, когда дети уже будут жить с ней. Опять же, всегда оставалась надежда, что она забеременеет. Она никогда не переставала надеяться. Ее мать не переставала надеяться и родила ребенка, когда ей было далеко за сорок. Однако Милочка Мэгги испытала Клода, надеясь выяснить его отношение к тому, чтобы взять на воспитание детей из приюта.