— Мистер Гибсон, думаю, вас удивит… да, уверен… то, что хочу сказать. Пару лет назад вы заявили, что порядочный человек должен сначала обратиться к отцу: а вы, сэр, заменили мисс Киркпатрик отца, — поэтому хочу выразить свои чувства, надежды или, лучше сказать, желания…

— Мисс Киркпатрик? — переспросил крайне удивленный доктор.

— Да, сэр! — отважно продолжил мистер Кокс, не собираясь останавливаться. — Знаю, что могу показаться непостоянным, но уверяю, что приехал сюда с сердцем, искренне преданным вашей дочери, и собирался предложить ей руку, сердце и все, что имею, но, право, сэр, если бы вы видели ее манеру всякий раз, когда я пытался проявить внимание… не просто уклончивую, а откровенно отталкивающую. Ошибиться невозможно. В то время как мисс Киркпатрик…

Мистер Кокс скромно потупил взор и с улыбкой разгладил ворс на шляпе.

— В то время как мисс Киркпатрик?.. — повторил доктор таким жестким голосом, что мистер Кокс — ныне почтенный землевладелец — ощутил такое же замешательство, как в годы учебы.

— Только хотел сказать, сэр, что, насколько можно судить по манерам, желанию слушать и очевидной радости от моих визитов… в целом, думаю, что могу надеяться, поскольку мисс Киркпатрик не совсем ко мне равнодушна. Готов подождать… то есть, сэр, не возражаете, если я поговорю с ней? — поспешно закончил мистер Кокс, встревоженный выражением лица собеседника. — Уверяю, что с мисс Гибсон у меня нет ни единого шанса.

— Вы правы: действительно ни единого шанса! — подтвердил мистер Гибсон. — Не воображайте, что меня раздражает именно это. Однако насчет мисс Киркпатрик вы заблуждаетесь: не думаю, что она могла иметь намерение поощрить ваши надежды!

Лицо мистера Кокса заметно побледнело: видимо, чувства, хотя и скороспелые, успели настояться.

— Полагаю, сэр, если бы вы могли ее видеть… не считаю себя тщеславным, а манеру так трудно описать. В любом случае позвольте мне испытать свой шанс и побеседовать с ней.

— Разумеется, если не передумаете, запрещать я не стану, но если последуете моему совету, то избавите себя от неловкости. Возможно, выдаю тайну, но полагаю, что должен предупредить: сердце ее занято.

— Не может быть! — воскликнул молодой человек. — Мистер Гибсон, очевидно, это ошибка. Я далеко зашел в выражении чувств и должен сказать, что она приняла признание в высшей степени благосклонно. Не думаю, что мисс Киркпатрик могла неправильно меня понять. Что, если она изменила решение? Возможно, в результате размышлений предпочла другого?

— Под «другим» вы, конечно, имеете в виду себя. Могу поверить в подобную изменчивость, — глядя на сидящий напротив образец, мысленно презрительно усмехнулся доктор, — но чрезвычайно расстроился бы, заметив это свойство в характере мисс Киркпатрик.