— Ее характера? — растерянно повторил мистер Престон, пытаясь скрыть унижение.
— Да, потому что я ненавидела бы сильнее, — тихо добавила Молли, но замечание ее было оставлено без внимания.
Мистер Престон ковырял тростью мягкую землю и сосредоточенно смотрел под ноги.
— Итак, не соизволите ли вернуть письма через меня? Уверяю, что заставить ее выйти за вас замуж все равно не удастся.
— Все не так просто, мисс Гибсон, — проговорил мистер Престон, внезапно поднимая голову. — Вы, похоже, даже не подозреваете, что, помимо любви, существуют и другие чувства, которыми можно руководствоваться. Никогда не слышали о мести? Синтия так долго обманывала меня обещаниями, что… Впрочем, бесполезно об этом говорить. Безнаказанным это не останется, так ей и передайте. Письма я сохраню и, когда сочту нужным, использую в своих интересах.
Провал миссии привел Молли в отчаяние. Почему-то она надеялась добиться успеха, а в итоге все испортила. Оставался ли какой-нибудь действенный аргумент? Тем временем, мистер Престон продолжал, подстегивая себя мыслью, как две девушки обсуждали его персону. К горечи любовного разочарования добавился гнев уязвленного самолюбия.
— Мистер Осборн Хемли может услышать о содержании писем, оставаясь слишком благородным, чтобы их прочитать. Даже до вашего отца могут долететь неприятные слухи. Насколько помню, в своих посланиях мисс Киркпатрик не слишком лестно отзывается о леди, которая стала миссис Гибсон. Есть и…
— Хватит! — перебила Молли. — Не хочу ничего слушать! Одинокая девушка считала вас своим другом, а вы… Но я предвидела такой исход нашей беседы. Первое, о чем подумала, это рассказать все отцу, но Синтия взяла с меня обещание этого не делать, поэтому я поведаю все леди Харриет и попрошу ее поговорить с отцом. Уверена, она не откажет, а противостоять лорду Камнору не в ваших силах.
Мистер Престон прекрасно знал, что убедить графа в своей невиновности действительно не сможет. Ни один порядочный джентльмен не допустил бы столь вероломного поведения и шантажа с письмами, которые позволил себе управляющий поместьями — пусть даже такой деловой и квалифицированный. Удивляло лишь то, как смогла сообразить стоявшая перед ним наивная девочка. На миг все чувства померкли перед восхищением. Испуганная, но отважная, она продолжала бороться даже тогда, когда вроде бы потерпела поражение. Но больше всего Престона поразило то, что в полной мере отразило его натуру: он осознал, что Молли совершенно не воспринимает его как молодого мужчину, а себя — как девушку, словно она ангел во плоти. Хотя стало ясно, что выхода нет и придется вернуть письма, Престон не собирался сразу сдаваться. Задумавшись, каким образом оттянуть время, он вдруг услышал на гравийной дорожке скрежет копыт, а спустя мгновение звук проник и в сознание Молли. На лице отразился испуг, она была готова убежать, но не успела: мистер Престон крепко сжал ее руку.