Наконец подруги пожелали друг другу спокойной ночи. Молли вернулась к себе и одетой упала на кровать. Силы ее покинули. Если Роджер случайно услышит эту историю, любовь его потерпит сокрушительный удар. Но достойно ли скрывать от него правду? Ей предстоит убедить Синтию самой обо всем рассказать, как только жених вернется в Англию. Чистосердечное признание чудесным образом облегчит неизбежную боль. Молли все думала о Роджере: что он почувствует, что скажет, как пройдет судьбоносная встреча, где он сейчас — до тех пор, пока не вспомнила о том, что предложила и пообещала сделать. Когда первое возбуждение улеглось, отчетливо проступили все трудности, главная из которых заключалась в том, каким образом добиться встречи с мистером Престоном. Как это удавалось Синтии? А переписка? Невольно возникла мысль, что за внешней открытостью поведения подруги таились подводные течения. Еще более неприятно поразила мысль, как бы самой не оказаться втянутой в порочную практику. Надо стараться двигаться по прямой дороге, а если придется свернуть в темный проулок, то лишь для того, чтобы избавить от боли дорогих сердцу людей.

Глава 44 Молли Гибсон спешит на помощь

Глава 44

Молли Гибсон спешит на помощь

Показалось странным после бурной ночи встретиться за завтраком в безмятежном спокойствии. Синтия выглядела бледной, однако невозмутимо разговаривала на обыденные темы, в то время как Молли сидела молча, наблюдая и постепенно приходя к выводу, что, прежде чем приобрести столь безупречное самообладание, подруга должна была накопить богатый опыт тайных переживаний. Среди пришедших утром писем оказалось одно от лондонских Киркпатриков, но написала его не Хелен — близкая подруга и постоянная корреспондентка Синтии, — а ее сестра. Как выяснилось, Хелен переболела гриппом и пока чувствует себя очень слабой.

— Пусть приедет к нам и подышит свежим воздухом, — посоветовал мистер Гибсон. — В это время года в деревне лучше, чем в городе, если конечно, дом не расположен в низине. К счастью, наш дом стоит на возвышенности и хорошо проветривается, так что сырости можно не опасаться. А о ее здоровье я позабочусь.

— Это было бы чудесно! — заключила миссис Гибсон, быстро прикинув, какие изменения в хозяйстве необходимы для приема молодой леди из дома мистера Киркпатрика, а также сопоставив неизбежные неудобства с возможными преимуществами.

— Разве ты не рада, Синтия? А ты, Молли? Пусть девушка погостит у нас, а потом ты наверняка получишь приглашение в Лондон. Разве это не замечательно?

— Ну уж нет: никуда я Молли не отпущу, — возразил мистер Гибсон, уже прекрасно умевший читать мысли жены.