— Ах ты господи! Какая жалость! — заволновалась мисс Фиби. — Я вам помешала, хотя и пришла с лучшими намереньями. Вечно все делаю невпопад, с самого детства.

И все же Осборн удалился прежде, чем мисс Фиби успела закончить свой путаный монолог, на прощание смерив Молли странным тоскливым взглядом, который поразил ее в тот момент и навсегда остался в памяти.

— Так приятно беседовали, и вот явилась я и все испортила. Ты очень добра, дорогая…

— Вы о чем, милая мисс Фиби? Если думаете, что между мной и мистером Осборном Хемли роман, то глубоко заблуждаетесь. Кажется, я уже говорила об этом, так что поверьте.

— Ах да, помню, а сестра почему-то решила, что речь шла о мистере Престоне.

— Оба предположения в равной степени ошибочны, — заметила Молли, улыбаясь и стараясь выглядеть невозмутимой, однако густо покраснев при упоминании об управляющем.

Ей с трудом удавалось поддерживать разговор: из головы не выходил Осборн: его изменившаяся внешность, меланхоличные слова печального предчувствия, откровения насчет жены — француженки, католички, служанки. Воображение трудилось, пытаясь соединить факты, а потому нескончаемая болтовня доброй мисс Фиби воспринималась с большим трудом, но едва голос стих, Молли вернулась к действительности и сумела механически уловить эхо последних слов, судя по интонации и выражению лица гостьи, оказавшихся вопросом. Та спрашивала, не желает ли Молли прогуляться вместе с ней к местному книготорговцу Гринстеду, который, помимо основного бизнеса, служил агентом Книжного общества Холлингфорда: получал подписные издания, вел счета, заказывал книги из Лондона и за небольшую плату позволял обществу хранить свою литературу на полках магазина. По сути, это был центр новостей и главный клуб городка. Все, кто претендовал на утонченность и знатность, считались его членами, здесь утверждалась именно знатность, а не образованность и интерес к литературе. Несмотря на любовь к чтению, ни один из городских торговцев даже не подумал бы предложить себя в качестве члена общества, и в то же время многие семьи из сельских поместий числились среди подписчиков, хотя вступили в клуб по обязанности и редко пользовались его услугами. Кое-кто из жителей Холлингфорда, например миссис Гуденаф, считали чтение бесполезной тратой времени, которое можно было бы направить на полезные дела: шитье, вязание или выпечку, но все равно вступили в клуб, поскольку считали его необходимым свидетельством достойного положения. Точно так же эти почтенные матроны полагали бы страшным унижением, если бы вечером после чаепития в гостях их не провожала домой хорошенькая молоденькая горничная. Иными словами, магазин Гринстеда стал прекрасным местом для встреч и отдыха: этот взгляд на Книжное общество разделяли все его члены.