Миссис Гибсон заплакала, и как раз в эту минуту вошел муж.

— Ты вернулась, дорогая! Добро пожаловать домой! — приветствовал мистер Гибсон супругу, подошел и поцеловал в щеку. — А что это — слезы?

Бедному доктору тут же захотелось исчезнуть.

— Да! — воскликнула миссис Гибсон в надежде любой ценой получить сочувствие и поддержку. — Вернулась и рассказываю Синтии, как леди Камнор отчитывала меня за ее поведение. Ты знал, что она, оказывается, обручилась с мистером Престоном, а потом расторгла помолвку? Все вокруг судачат об этом, даже обитатели Тауэрс-парка.

На миг мистер Гибсон перевел взгляд на Молли и сразу все понял. Губы его сложились так, словно он собрался свистнуть, однако звука не издал. Как только матушка обратилась к отчиму, Синтия изменилась до неузнаваемости: дерзость исчезла, уступив место ранимости. Молли присела рядом с ней.

— Синтия, это правда? — очень серьезно произнес мистер Гибсон. — Я кое-что об этом слышал, хотя и не много. Но скандал такого свойства, что тебе необходимо обзавестись защитником — верным другом, который знает всю правду.

— Молли все знает, — произнесла Синтия после долгого молчания.

Миссис Гибсон также притихла в присутствии супруга, хотя и сгорала от ревности: Молли знала секрет, о котором она даже не подозревала.

— Да, и мне это отлично известно, — жестко заявил мистер Гибсон. — Как известно и то, что Молли пришлось вынести клевету и злословие: из-за тебя, Синтия, — но она отказалась что-либо объяснить, потому что дала тебе слово.

— Значит, ты что-то все-таки сказала? — укоризненно проговорила Синтия, глядя на подругу.

— У меня не было другого выхода, — ответила Молли.

— При этом она ни разу не упомянула твое имя, — продолжил мистер Гибсон. — хотя догадаться не составило труда.

— Почему она вообще об этом заговорила? — обиженно уточнила Синтия.

И сам вопрос, и тон, которым был он задан, возмутили мистера Гибсона, и он не выдержал:

— До меня дошли слухи, что мою дочь обвиняют в неприличных тайных встречах с мистером Престоном, и я потребовал объяснений. Нет нужды вести себя неблагородно, Синтия, поскольку ты виновата в непостоянстве и флирте, причем в такой степени, что втянула в это болото даже Молли.

Синтия подняла голову и посмотрела отчиму прямо в глаза:

— Вы готовы обвинить меня, мистер Гибсон, даже не зная обстоятельств?

Он и сам почувствовал, что перегнул палку, но не смог сдержать порыв. Мысль о доброй кроткой дочери, которая терпеливо вынесла все несправедливые обвинения, не позволила взять себя в руки.

— Да, готов, — подтвердил мистер Гибсон. — Невозможно предугадать, что за злые измышления затрагивают действия, хотя бы немного выходящие за границы приличия. Из-за твоих интриг Молли пришлось многое пережить. Признаю, что возможны смягчающие обстоятельства, однако тебе придется все их вспомнить, чтобы оправдать свое поведение перед Роджером Хемли, когда он вернется домой. Я просил поведать мне всю правду, чтобы до тех пор, когда он приедет и станет защищать тебя по законному праву, иметь возможность это сделать. Мне необходимы объяснения, каким образом ты оказалась помолвленной сразу с двумя мужчинами. Наверняка городским сплетницам еще ничего не известно о помолвке с Роджером Хемли. Скандал сосредоточился на Молли, хотя должен был коснуться тебя, Синтия. Ведь ты наверняка встречалась с ним без нашего ведома, в уединенных местах.