Синтия склонила голову на сложенные руки — как подумал мистер Гибсон, устав телом и разумом. Решив, что увещевания ничего не изменят, он вышел из комнаты и позвал грустно сидевшую в уголке Молли.

С нежностью девушка обняла подругу, прижала голову к груди и пробормотала, поглаживая по волосам, словно мать, утешающая ребенка.

— Дорогая, милая, милая Синтия! Я так тебя люблю!

Все это время Синтия не двигалась, а потом, внезапно вскочила и, глядя в печальное лицо Молли, воскликнула:

— Роджер женится на тебе! Вот увидишь! Вы оба хорошие…

Однако Молли вдруг с отвращением ее оттолкнула и воскликнула, покраснев от стыда и возмущения:

— Прекрати! Еще утром он был твоим, а вечером уже мой? За кого ты его принимаешь?

— За мужчину, — улыбнулась Синтия. — Только и всего. Возможно, лучшего из них, и тем не менее предсказуемого.

Молли слушала ее без улыбки, и в эту минуту в приемную, где сидели девушки, вошла испуганная Мария.

— А что, господина нет?

— Как видишь, — ответила Синтия. — Слышала, как пять минут назад хлопнула дверь: похоже, отправился по делам.

— Что же делать? — воскликнула горничная. — Из Хемли-холла верхом прискакал гонец и сообщил, что мистер Осборн умер и сквайр срочно требует доктора.

— Как это? — не поверила своим ушам Синтия, а Молли выбежала на крыльцо, завернула за угол и возле конюшни увидела посыльного. Тот сидел на взмыленной лошади, а вокруг собрались расстроенные известием слуги. Этого элегатного, любезного молодого человека здесь хорошо знали: он приезжал в дом их господина. Молли подошла к всаднику и коснулась ладонью горячей влажной морды лошади.

— Доктор готов ехать, мисс? — спросил посыльный, при свете фонаря разглядев, кто подошел.

— Мистер Осборн действительно умер? — тихо уточнила Молли.

— Боюсь, что так. Во всяком случае, мне так сказали, вот я и гнал изо всех сил. Вдруг еще не конец? Где же доктор, мисс?

— Скорее всего у кого-то из больных. Кажется, его уже ищут, но я сейчас пойду сама. Ах, бедный сквайр!

Она сходила на кухню в надежде узнать, куда мог отправиться отец, однако слуги ничем помочь не смогли. Никто в суматохе не услышал, как открылась и закрылась входная дверь, и не заметил, куда исчезла Синтия. Молли побежала наверх, в гостиную, где возле двери в растерянности стояла миссис Гибсон, прислушиваясь к необычному шуму в доме.

— В чем дело, Молли? Как ты бледна!

— Где папа?