Послышался скрип колес, стук копыт. Собачий лай. Звуки постепенно приближались. И вот в дверь заскребся Пират!

Берта подняла голову.

— Чьи там шаги?

— Чьи шаги? — Возчик зашел в дверь с покрасневшим от холода и морозного ночного воздуха загорелым лицом. — Мои, мои это шаги.

— Нет, другие, — возразила Берта. — Там кто-то еще.

— Ее не обманешь, — ухмыльнулся возчик. — Входите, сэр. Не бойтесь, вас тут хорошо встретят.

Он говорил чрезвычайно громко, — и с этими словами в помещение вошел глухой старый джентльмен.

— Ты его уже видел, Калеб, помнишь? Приютишь до нашего отъезда?

— Конечно, Джон, сочту за честь.

Возчик засмеялся.

— Вот уж с кем можно не бояться разболтать секрет. Я на свою глотку не жалуюсь, но после разговора с ним даже моя жена попросила отдыха.

Повернулся к гостю и очень громко произнес:

— Садитесь, сэр! Здесь все друзья, все рады вас видеть!

Тут в горле у него запершило и захрипело, подтверждая сказанное ранее. Откашлявшись, возчик продолжил уже обычным голосом:

— Посадить у камина, да пусть себе сидит спокойненько. Ему несложно угодить.

Берта внимательно слушала. Она подозвала Калеба и тихо попросила описать нового гостя. Выслушав описание (надо сказать, на это раз правдивое и честное до деталей), она шевельнулась — впервые с тех пор, как он вошел, — вздохнула и, кажется, потеряла к нему всякий интерес.

Славный возчик пребывал в приподнятом настроении и казался влюбленным в свою женушку больше, чем обычно.

Он притянул ее к себе и сказал на ушко:

— Какая неуклюжая была у меня Кроха сегодня. А я все равно ее люблю. Взгляни-ка туда! — И указал на старого джентльмена.

Она опустила глаза. Думаю, она задрожала.