– Я и сама подумала – пустые хлопоты. Но как было бы замечательно, если б Луи отправился с тобой на сафари. Только не подумай, что я начиталась «Копей царя Соломона» и прочих приключений. А перед отъездом я тебе вот что посоветую. Береги себя, не перестарайся с молодыми, длинноногими. Помни, что самая большая твоя любовь – маленькая женщина, полтора метра росточком. Я!

В Международный чикагский аэропорт О’Хэйр нас провожала сеньора. Она сидела в такси мрачная и сердитым шепотом наставляла дочь. Мы с Ренатой зарегистрировались, прошли проверку «на металл», сели в микробус.

– Не жалей, что уезжаешь из Чикаго, – сказала Рената. – Наконец-то ты что-то делаешь для собственного удовольствия. Странная вещь. Ты – типичный эгоцентрик, но что касается эгоизма, ты даже его азбуку не осилил. Не говори ни «мы», ни «они», только «я» и «моя семья».

Я уже упоминал, что Рената любила рифмовать. О нашем аэропорте она сочинила такое двустишие: «Нам без О’Хэйра как без хера». Однажды я спросил, как ей нравится одна обворожительная женщина, и в ответ услышал: «Ни к чему Паганини ходить на Паганини». Та лондонская дама, которая сочла Ренату вульгарной, посмотрела бы на нее, когда она в ударе.

Наш «Боинг-727» выкатили на взлетную полосу, и он понесся по ней с таким звуком, какой бывает, когда отдираешь клейкую ленту. Через минуту самолет оторвался от земли и круто пошел вверх. Нас откинуло на спинки сидений. Донесся скрежет убираемых шасси.

– Прощай, Чикаго, – сказала Рената. – Город, где не умеют ценить порядочных и умных людей, где одни прохвосты и мошенники. Надеюсь, ты надаешь ему зуботычин, когда будешь писать статью о хандре.

Темное месиво облаков и тумана заслонило от нас здания, заводские трубы, скопища автомобилей, зеленые массивы парков. Последний раз блеснуло озеро и пропало из вида.

– Благодарю тебя за поддержку в этом вопросе, Рената. Я никогда не питал к Соединенным Штатам – а Чикаго самая их суть – стопроцентной симпатии и потому искал прибежища в культуре. Женясь на Денизе, я надеялся, что у меня будет союзник.

– Ясненько, она ведь два колледжа окончила.

– Но Дениза оказалась во главе «пятой колонны». Я понимаю, почему увлекся ею. Она была красивая, стройная…

– Красивая? Да она на ведьму похожа!

– Она была красивая, стройная, целеустремленная, боевая, начитанная молодая женщина. Она рассказывала, как мать, увидев ее в ванне, воскликнула: «Золото, а не девочка!» – и расплакалась.

– Типичная мещанская сцена. Знаю, как разочаровываются потом такие девицы. Не каждой удается выскочить за Джека Кеннеди, Наполеона или Киссинджера, или писать шедевры, или в парчовом платье играть на клавесине в «Карнеги-холле».