— Не так уж много я грешила, — Алена скромно опустила глаза. — Да и тебя это не должно волновать. По-моему, ты не расслышал. Я предлагаю тебе свидание с Лизой.

— Где? — спросил он глухим голосом.

— У нее, естественно. Мы ведь спим в одной комнате.

— И она согласится?

— Все будет зависеть от моего старания.

— Постарайся! — воскликнул он с грубоватым нетерпением, хотя и понимал, что следовало применить самую тонкую аргументацию.

— Постараюсь. Я же сама тебе предложила, — вздохнула Алена.

Неопределенной интонацией голоса она все же давала ему повод для неуверенности.

— А, понимаю. Ты мне мстишь и готовишь ловушку. Радость моя, но ведь и я тоже кусаюсь.

— Меня ты уже не укусишь. У меня теперь слоновья кожа.

— Поздравляю. Значит, все же месть? И ты уверена в успехе? А ты не допускаешь, что я, может быть, сам влюблен в Лизу? Вдруг из нас получится добродетельная семейная пара?

— Из вас?! Ой, держите меня! Мне дурно! — Алена беззвучно смеялась. — Да ты не можешь любить, дорогуша! Ты никогда никого не полюбишь! Тебе не дано! Поэтому делай свое дело, и не будем пудрить друг другу мозги!

Никита побледнел.

— Уйди отсюда!

— Между прочим, ты у меня в гостях. Не забывай.

— Уйди…

— Хорошо, хорошо, — удовлетворенно согласилась Алена, словно ей было предложено что-то веселое и приятное. — Завтра в час. Не перепутай, — сказала она и беспечно вышла.

Вечером они укладывались спать, и Алена близоруко щурилась, читая книгу и посматривая на Лизу, которая только что разделась и потянулась за ночной рубашкой.

— Между прочим, тобою интересуются, — сказала Алена, переворачивая страницу.