– Но вы никогда не встречали настоящую Нору Гласс, верно?

– Нет, – ответила Блю. – Зато видела десятки фотографий, и у нее нос как у матери.

Глава полиции Хендрикс пристально посмотрел на меня и заговорил медленно и отчетливо, как будто я могла забыть родной язык:

– Позвольте мне кое-что пояснить. За последние десять лет ко мне приходили четырнадцать самозванок. Многих можно было разоблачить с первого взгляда. Одна была пенсионеркой далеко за шестьдесят, а другая – трансвеститом. Так или иначе, мы тратили на них время и ресурсы полиции. А Наоми приходилось ездить в участок на опознание, и каждый раз она очень волновалась.

– Ну, теперь ее нет, – сказала я.

– Скоро приедет Джейсон Лайонс. Надеюсь, он вас узнает.

* * *

Мы с Блю просидели целый час перед зеркалом в комнате для допросов.

– Погода нынче хорошая, – сказала Блю.

Она кивнула в сторону камеры в углу. Скорее всего, нас записывали на видео.

Полицейский, который дежурил на стойке регистрации и отмахнулся от меня, принес нам по чашке кофе.

– Вы на нее не похожи. Ни на одну из фотографий, которые я видел. Вот почему я не воспринял вас всерьез.

– Люди меняются. – Я пожала плечами.

– Вы сильно изменились, – добавил он, уходя.

Через несколько минут в комнату вошел Джейсон Лайонс, а за ним – шеф Хендрикс. Джейсон, одетый в новый костюм, нес потрепанный портфель. Он совсем не был похож на мальчишку, которого я помнила, и все же я видела в нем именно этого мальчишку. В отличие от меня, Джейсон остался собой. Он выглядел как прокурор. Почему-то ему шла эта роль. Я с трудом могла собраться с мыслями – мое прошлое столкнулось с настоящим. Я вспоминала неуклюжие поцелуи Джейсона, а он серьезно смотрел на меня.

– Это она? – спросил шеф Хендрикс.

– Привет, Нора.

– Привет, Джейсон.

– Рад, что дело наконец улажено, – сказал шеф Хендрикс. – Я вас оставлю.

Он ушел. Джейсон сел напротив меня, открыл портфель и взглянул на Блю, намекая, что ей пора уйти.