Еще многое в том же роде высказал я ей в запале: княгиня слушала с величайшим вниманием, даже иногда очень серьезно

кивала — так педагог, переживающий за своего любимого ученика, подбадривает его на экзамене, — потом подошла к черной статуе и, словно приглашая меня сравнить, с гибкой грациозностью приняла ту же позу. Усмехнувшись, промурлыкала:

— Вы не первый, мой друг, кто льстит мне, настаивая на известном сходстве между мной и этим великолепным произведением искусства...

Вне себя от ярости, я отбросил последние остатки приличия:

— В самом деле! Но, любезнейшая, мне трудно судить, на сколько далеко простирается ваше сходство: на теле богини видны все самые интимные подробности, в то время как на вас...

Ироничная усмешка, гибкое движение бедер — и змеиная кожа падает к ногам княгини, переливаясь как пена, как легендарная морская раковина Афродиты...

— Так как, мой пытливый ученик, вы были правы? Ваши смелые гипотезы подтверждаются? Могу ли я польстить моему самолюбию, что не обманула ваших ожиданий — наверное, я могла бы даже сказать: надежд? Смотрите! Вот я беру это зеркальце. — Она взяла с книжного шкафа овальный предмет и продемонстрировала мне полированную зеленоватую амальгаму бронзового античного зеркала. — Кстати, как педагог должна вас поправить, вы очень поверхностно толкуете значение этого атрибута. Зеркало в левой руке богини символизирует отнюдь не женское кокетство, а, как вы и сами могли дога даться, точность всех мультипликаций человеческой природы как в сфере духовного, так и в сфере материального. Оно является символом того принципиального заблуждения, которое лежит в основе всякого инстинкта воспроизведения себе подобных. Теперь вы сами убедились, что наше сходство с богиней абсолютно, ибо мне, как и ей, не хватает в правой руке наконечника копья. Того самого, о котором я вас столько просила!.. И вы очень серьезно ошибаетесь, если полагаете, что это атрибут блудливого плебейского Амура. Льщу себя надеждой, что еще никому и никогда не давала повода заподозрить меня в пошлости. Надеюсь, вы, любезный друг, еще сегодня узнаете на себе, что такое невидимое копье...

Нагая княгиня с самым естественным видом вышла из своей перламутровой раковины. Ее чудесное, безукоризненно пропорциональное тело светло-бронзового оттенка, сохранившее свою целомудренную упругость, даже рядом с каменной Исаис выглядело настоящим шедевром. Брошенное на полу платье источало хищный аромат, по крайней мере, мне так казалось;

этот хорошо мне знакомый, щекочущий нервы запах пантеры в моем и без того уже перевозбужденном состоянии действовал просто оглушающе. Итак, в дальнейших подтверждениях не было нужды: идет испытание моей силы, момент истины вынесет окончательный приговор подлинности моего призвания.