Ваня подошел к Радугину, спросил, можно ли ему записаться в кружок? Радугин, оглядев его с ног до головы близорукими глазами, ответил, что можно, вынул потрепанную записную книжку, долго искал чистую страницу и, не найдя, где-то сбоку записал фамилию Вани.

— Кружок занимается каждую пятницу, с шести часов вечера, приходите, мы будем рады, — радушно сказал Радугин.

С этого вечера Ваня Аксенов стал самым дисциплинированным членом литературного кружка при клубе «Металлист». За месяц он не пропустил ни одного занятия, но все еще не решался прочитать новым товарищам свои стихи, хотя кружковцы знали, что он — автор нашумевших в Чарусе очерков о катакомбах и Городском дворе.

Все произведения, читаемые на кружке, подвергались убийственному по придирчивости разбору товарищей, а Ване не хотелось попадать под огонь критики, не хотелось разочаровываться в своем творчестве, не хотелось огорчаться.

Как-то Радугин после занятий объявил, что в Чарусу, проездом из Кисловодска, прибудет Владимир Маяковский и он уговорит поэта выступить в клубе перед рабочими паровозного завода. Радугин не удержался и показал открытку, присланную ему Маяковским с Кавказа.

— Устроим цикл литературных вечеров, — весь загоревшись, пообещал Радугин. — Сначала Маяковский, затем Бабель. Исаак Эммануилович обещал приехать. Кто не знает его рассказа «Соль»? Прочитайте обязательно.

Владимир Маяковский был самым громким поэтом Советской России. Ване нравилась смелая манера, в которой работал поэт, энергично ломавший все привычные литературные формы.

Вскоре в городе появились афиши, объявлявшие, что Маяковский выступит в здании цирка в субботу, в не совсем обычное время — в 21 час 15 минут.

Ваня, экономя деньги, купил билет на галерку. Заняв свое место у барьера, он с нетерпением поглядывал на часы. Впервые в жизни представилась ему возможность увидеть знаменитого поэта, чьи стихи заучивались школьниками наизусть. Встреча Вани с Николаем Северовым в Москве, понятно, в счет не шла.

В шестом ряду партера Ваня увидел Нину Калганову и ее отца. Рядом с ними, держа на коленях стопку книг, сидел аккуратный Борис Штанге.

Ваня улыбнулся, — Нина всегда кичилась перед подругами тем, что ее окружают поклонники, но Ваня-то не сомневался, что билет Борису она купила сама. В первом ряду, о чем-то споря, сидели Гасинский и Доценко.

Часы показали 21 час, затем подошло время выступления. Но миновали еще четверть часа, томительно длинных, а Маяковский все не показывался на арене. Публика стала выказывать нетерпение, раздались хлопки в ладоши, на галерке дружно застучали ногами.