«Обязательно нужно узнать, что такое четверохолмие и мягкая мозговая оболочка», — думал Лука, слушая, как Семашко перечисляет фамилии профессоров Форстера, Осипова, Абрикосова, Дешина, Бунака и докторов Гетье, Елистратова, Розанова, Обуха и Вейсброда, подписавших бюллетень.

Тяжело ступая, Семашко поднялся наверх.

Раздался резкий телефонный звонок, и так как поблизости никого не оказалось, то Лука, облизав пересохшие губы, снял трубку.

— Говорит Дзержинский, — услышал он заглушенный расстоянием металлический властный голос. — Немедленно разыщите Сталина и попросите его к телефону.

— Сейчас позову, товарищ Дзержинский, — ответил Лука и увидел спускавшегося по лестнице Сталина в распахнутой шинели.

Сталин взял телефонную трубку, подул в нее.

— Сегодня в одиннадцать часов утра, открывая заседание XI Всероссийского съезда Советов, товарищ Калинин объявил делегатам о тяжелой потере, постигшей партию и народ, — зарокотала телефонная трубка. — Под моим председательством заседала комиссия по организации похорон. В специальном бюллетене мы известим население столицы, что тело покойного прибудет в Москву в час дня… Порядок встречи тела делегациями, а также порядок шествия от вокзала до Дома Союзов объявим особо… Кроме делегаций, никто в район вокзала допускаться не будет… Тело Владимира Ильича до похорон будет находиться в Колонном зале Дома Союзов. — Дзержинский закашлялся, и сухие звуки кашля с минуту отзывались в трубке. — Доступ к гробу будет открыт с семи часов вечера 23 января… О дне похорон объявим особо… Моссовет все спектакли, киносеансы, концерты и всякие увеселения с 22 по 27 января отменил. Экстренный выпуск газет «Правда» и «Известия» выйдет с Воззванием ЦК РКП(б) к партии и ко всем трудящимся, с Воззванием Исполкома Коминтерна и Приказом Реввоенсовета республики.

— Экстренный выпуск надо напечатать как можно раньше и обязательно совместный, объединив обе газеты, — сказал Сталин и, помолчав, вслушиваясь в слова, несущиеся по проводам, добавил: — Надежда Константиновна заснула. — Не взглянув на замершего часового, Сталин рывком повесил трубку и пошел к выходу твердой походкой, с нажимом на каблук.

Закутанные в теплые шубы, осыпанные бисерными капельками растаявшего инея, Каменев, Бухарин и Зиновьев, только что прибывшие из Москвы, расступились перед ним, давая дорогу.

Всю ночь в Горки съезжались члены ЦК партии, наркомы, депутаты ВЦИК, военачальники Красной Армии. Молча подымались они по крутой лестнице в маленькую комнату, где в дубовом гробу, обитом красной материей, одетый в неизменный зеленый френч с кожаными пуговицами, лежал Ленин. Тут же, прислоненная к стене, стояла, отбрасывая радужные лучи, стеклянная крышка гроба.