Звонко ударились о железный лист крыши первые крупные капли дождя, смешанные с легкими катышками града. В водосточной трубе весело захлопала вода.
— С урожаем будем, председатель! — воскликнул обрадованный Саркис. — Осенью дай туте хорошенько напиться, она тебя отблагодарит летом.
Дождевые капли и катышки града все усерднее стучали по железному листу, словно несметные стайки птиц, слетевшихся на крышу, клевали зернышки.
— Да, о нашем Арменаке, — прислушиваясь к шуму дождя, продолжал Саркис прерванный разговор. — Может, он сам по себе не плох, но по комплекции не вышел. Ни тебе брюшка, ни синих галифе. Так себе — недозрелый опадыш.
«Этот камень в мой огород», — подумал Сароян.
— Посмотришь на гацинского председателя, и зависть берет: вид как вид. Любо-дорого за спиной такого, — продолжал Саркис под шум дождя.
Вода, падавшая из водосточной трубы отвесно, отбивала дробь, далеко отбрасывая брызги, потом пошла струей.
На улице показались торопливые фигурки людей. Накрыв головы мешками и пиджаками, они куда-то спешили.
— Куда они в такую погоду? — спросил Сароян, прикидываясь непонимающим.
— А в сады, дождевую воду отводить под деревья, — ответил Саркис и, присев, стал торопливо разуваться.
— Хоть тута не по моей части, я свиньями командую, но совестно сидеть в такой день дома, — сказал он, уходя.
На улице становилось все больше людей. Вот промелькнула долговязая фигура Самвела с лопатой на плече. За ним мелко семенил Согомон. Через минуту к идущим присоединился Саркис. В воздухе прервалась и песня Атанеса. Должно быть, и наш мецшенский задавака не бил баклуши в этот час.
«Пустотелки», — вспомнил Сароян, с улыбкой провожая глазами спины знакомых колхозников, спешивших в сады.
Как я обманул макар-баши
Мне одиннадцать или двенадцать лет, но я уже джигит, если угодно и макар. Да, да, макар!
Впрочем, джигит — это понятно. Умею держаться на коне, когда он несется во весь опор, не цепляюсь судорожно за луку, не заваливаюсь то на одну, то на другую сторону седла, — то есть опытный всадник, чего же более?
Но макар! Как я мог в двенадцать лет стать макаром?
Все знают — этому нельзя научиться. Надо просто дорасти. Быть взрослым и состоять в родственных связях с женихом и невестой.