– Остров называется Гран-Канария, – пробормотала она. – «Большая канарейка»! В этом названии есть цвет и движение. Когда я думаю об этой поездке, я повторяю про себя: Гран-Канария! В нем звучит что-то будоражащее.

Ее слова, предполагающие тайный смысл, дошли до него смутно, сквозь ослепительную белизну того тайного свечения. И он спросил:

– Вы покинете судно завтра?

– Да, мы остановимся в Оротаве.

В этом была странная неизбежность. Эта женщина уйдет. Вечером корабль, рассекая теплую тьму, продолжит плавание, а утром она исчезнет.

– В Оротаве тихо, – продолжила она. – Маленький чистенький городок, который не успели ничем испортить. То, что я люблю больше всего. Мистер Карр все для нас организовал в отеле «Сан-Хорхе». Он агент моего мужа на этих островах.

– Понятно, – откликнулся Харви, и сияние внутри его внезапно угасло. Оно точно было, но теперь исчезло. Он поджал губы и заставил себя спокойно взглянуть на собеседницу. – Вам там будет хорошо, я знаю.

– А вы, конечно, поплывете дальше на корабле? – спросила она, глядя на него сверкающими глазами.

– Поплыву дальше. А потом обратно.

Повисла тишина, порожденная их непроницаемыми мыслями. Внезапно Мэри сделала импульсивный жест, словно пыталась поймать ускользающую радость.

– Вы не пообедаете с нами сегодня? О да, пожалуйста… пожалуйста, соглашайтесь. В маленьком ресторанчике на пляже. Там очаровательно. Приедет мистер Карр. И мне хотелось бы, чтобы вы к нам присоединились.

Лейт с болезненным удовольствием подумал, что должен отказаться.

– Я здесь не один, – ответил он. – Меня сюда привез Коркоран. – Он махнул рукой в сторону открытого моря, где смутно виднелась фигура Джимми, качавшегося на волнах, подобно старому морскому котику.

– Пусть он тоже приходит, – сказала она быстро. – Приходите оба.

– Ему нужно вернуться в город по делам.

– Но вы… у вас ведь нет дел в городе?

На судне он обращался с ней как последний мужлан. Он ощутил укол при этом воспоминании, и отказ замер у него на губах.

– Замечательно! – радостно воскликнула она, расценив его молчание как знак согласия. – Вы придете! Придете пообедать со мной.

Ее слова вызывали у него слабую улыбку. Увидев это, она стремительно вскочила, с невинным наслаждением вытянула аркой тонкие руки и нырнула глубоко в воду. Плот резко подпрыгнул, Харви покатился к краю и упал в нахлынувшую волну. Он открыл глаза под водой. Сияющее в подводном свете тело Мэри ускользало от него, мерцая, как белый луч луны. Он вынырнул, набрал воздух в легкие. Внезапно ему захотелось пуститься в погоню за этими промельками белого, но он остановил себя. Оттолкнулся и поплыл к пляжу, вскидывая руки над головой.