– Панель хорошо замаскирована, ее не найдут. Я хотел, чтобы эту роль сыграл ты, Джим. Какая ирония! Я бы прославился благодаря тебе. Но пусть лучше Кин расскажет, как было дело. А я унаследую твое состояние без проволочек. Видишь ли, я знаю, что ты не составил завещания.

Веревки не поддавались.

– А что будет с Элизабет?

– Она умрет! Когда-то я любил ее. Она посмела отказать мне. Сначала умрешь ты, а Элизабет последует за тобой. Вот так.

Он повернулся к стене и нащупал выключатель. Люлька, к которой я был привязан, возобновила плавное движение к алтарю.

Спустя вечность – хотя, наверное, на самом деле прошла минута или две – послышались шаркающие шаги. Я прекратил бесполезную борьбу с веревками и обернулся на звук. Из бокового тоннеля вышел Африка.

– Африка! – позвал я.

Он испуганно поднял глаза.

– Африка, останови эту штуку! – Я кивком указал на стену.

Африка покачал головой.

Я вспомнил, слова кузена о том, что человек-змея считает его богом. Возможно, если открыть ему правду…

Видит Небо, я пытался. Изо всех сил старался вложить в тупой мозг человека-змеи конкретные факты, но тщетно. Рэнсом был прав, Африка мало отличался от животного. Он не мог понять, а если понимал, отказывался верить. Что-то бубнил под нос, и только.

Люлька находилась в опасной близости от пламени. К счастью, она двигалась очень медленно.

Внезапно я разобрал, что бормочет Африка:

– Милая леди. Милая леди.

Передо мной блеснула возможность – последний отчаянный шанс. Осмелюсь ли я им воспользоваться? Последствия неудачи будут ужасны не только для меня, но и для Элизабет. Я задал вопрос:

– А где сейчас милая леди?

Он показал:

– Решетка. Чхайя не пускает внутрь. – Карикатурно выпятив грудь, он зашагал с важным видом по кругу. – Я чхайя!

Я поспешил спросить: