Аргайл повернулся и побежал, а гигантская тварь заскользила следом. В тусклом воздухе ее единственная кровожадная мысль снова и снова била, подобно молнии, вонзалась в мозг человека и вспыхивала там. Одно это вызывало панический страх, что уж говорить о длинном, толстом туловище, которое, извиваясь, неустанно преследовало добычу.
Земля под ногами ходила ходуном. Аргайл крепко держал помандер и бежал, спотыкаясь и часто оглядываясь, – и каждый раз видел все ближе длинное алое пятно.
Издалека донесся зов девушки, эхом раскатился в мозгу:
– Джон Аргайл, сдержи клятву! Вернись ко мне, Джон Аргайл!
Но голос был уже слаб – скорее воспоминание, чем мысль. И Аргайл видел сияние впереди – огонь камина в лондонской квартире, которую он когда-то покинул. Дымчатые образы клубились в сознании – клубились и меркли, развеивались…
Вот так должно было это закончиться, хотя текст закончился раньше. «Быть может, Змей погиб там, в Трясущихся землях? – подумалось мне я. – Быть может, сегодня для Аргайла открылся путь в Эдем? Ведь он ушел… Быть может, он исполнил свою клятву, и сейчас, в этот самый момент, они с девушкой стоят на диковинной траве среди диковинных цветов, осиянные солнечным светом средневековых картин, и Змей уже не в силах отравить их счастье?..»
От этих грез меня пробудил рев сирен, рывком вернул в мой мир. Я услышал свистки патрульных и увидел, как за окнами загораются огни. Нью-Йорк возвращался к жизни.
Раздался щелчок, и я подпрыгнул от неожиданности. Вспыхнул свет. Джон Аргайл стоял у стены, держа руку на выключателе, и выражение его лица свидетельствовало о сильнейшем потрясении.
Я с одного взгляда понял, что произошло. Наверное, даже раньше понял, чем он. Аргайл пребывал в полном ступоре, глядя мимо меня.
Постепенно на его лице отразилось понимание, и, еще не успев повернуться, я догадался, что́ висит на стене за моей спиной.
Зеркало.
В нем Аргайл видит собственное лицо.
Лицо, которое увидела девушка в волшебной стране…
Да, Аргайл вернулся к ней. Сдержал обещание, которое дал в первые дни войны, когда волшебство открыло ему дорогу в Эдем.
Но это была другая война. В 1914-м на Лондон тоже падали бомбы с немецких самолетов. Тогда-то и нашел Джон Аргайл дорогу в мир мечты…
Я понял, что́ он прочитал в глазах красавицы в золотом наряде, дамы червей с желтым цветком в руке, девы, волею Чудотворца всегда остающейся юной.
Золотые яблоки Идунн дарили вечную молодость богам.
Но не смертным.
Девушка не узнала Аргайла. Тридцать лет – ничто в ее мире, где всегда