Как бы подчеркивая условный, умозрительный характер романа, Фолкнер умышленно построил его на прямых параллелях с евангельской легендой о Христе. На этот прием его, надо полагать, натолкнул памятный разговор в Голливуде о том, что, если бы Христос вернулся на землю, его бы распяли вновь и не он ли лежит в могиле Неизвестного солдата.

Задачи, которые ставил перед собой Фолкнер в этом произведении, и избранную им форму использования евангельской легенды он впоследствии объяснил следующим образом: «Художник стремится, прежде чем он умрет, сказать все, что он может, об истине так, чтобы это тронуло сердца. Вот почему я использовал форму, использовал сюжет, который, как показала человеческая история, является одним из самых волнующих, когда отец должен выбирать между тем, чтобы пожертвовать сыном или спасти его, а ведь это одна из самых потрясающих трагедий, которые может испытать человеческое сердце. Я использовал сюжет, знакомый большинству, и это облегчило мне задачу. Но в принципе, я старался рассказать об истине, которую я выносил за свою жизнь, самым простым способом, я старался сделать это прежде, чем я должен буду отложить свое перо и умереть».

Фолкнер видел причину возникновения войн не в экономических, социальных, классовых предпосылках, а в дуализме человеческой личности, в борьбе добра и зла в душе человека. Он считал, что жадность человека, его стремление к власти обычно берут верх над стремлением человека к любви, к состраданию, к самопожертвованию.

Но надежда человечества в том, что торжествующие силы зла не могут искоренить в человеке стремление к добру, к жалости, к состраданию.

Завершение работы над романом «Притча» почти совпало с болезненным завершением любовных отношений Фолкнера с Джоанной Уильямс. Он видел ее все реже, хотя она была здесь рядом, в Нью-Йорке. В эти дни он повел ее в театр посмотреть «Сирано де Бержерака». Трагедия художника, который был так несчастлив в любви, с новой силой ударила по его сердцу. Он сказал Джоанне, что давно предвидел день, когда она встретит человека, за которого захочет выйти замуж, хотя вряд ли этот мужчина сумеет помочь ей в ее творчестве, вряд ли она найдет у него то понимание и поддержку, в которой она нуждается. Фолкнер написал Джоанне письмо, в котором признавался, что теперь, когда она все больше отдаляется от него, он с болью думает, что, может, было бы лучше, если бы они никогда не встречались.

Его предчувствия оправдались. В конце ноября удар был нанесен. Джоанна сказала Фолкнеру, что разница в возрасте между ними слишком велика для тех отношений, которых он хочет, эти отношения стали для нее в тягость. Фолкнер сделал правильный вывод, что появился мужчина, которого она хочет видеть своим мужем. И тем не менее, несмотря на всю боль, испытываемую им, он думал прежде всего о ней, он не хотел, чтобы она сожалела о всем том, что было.