Все обернулись в ту минуту, когда он появился в дверях.

– Добрый вечер! – поздоровался он с широкой улыбкой.

– Танкред, – еле слышно представила его Гортензия.

Он поднял руку и покрутил ею в воздухе, напомнив им песенку про маленьких марионеток.

– Этот порей закупорил мою выхлопную трубу, – сказал он весело. – Вы не знаете, кто мог его туда засунуть?

6 Жемчужно-серая красавица

6

Жемчужно-серая красавица

Это лучезарное утро было свежим, как девушка, собирающаяся на свой первый бал, а низкие тучки играли в шарфики вокруг утесов.

Каждое утро и каждый вечер с приходом весны кому-то выпадала нелегкая работенка: смазывать мазью против зуда вокруг ушей Энид.

Сегодня была очередь Гортензии.

– Говорят «уши Энид», как сказали бы «уши осла».

– Какого еще осла? – обиделась Энид.

Операция проводилась, как и все важные вещи, на кухне. Энид и Гор тензия сидели тандемом на старой скамье. Заниматься ушами так было удобнее всего, как и смотреть через открытую дверь гостиной четыреста тринадцатую серию «Купера Лейна». Купер стоял перед следующей дилеммой: написать своей любимой на розовой бумаге или на желтой?

Серию они уже смотрели + развязку знали (Купер напишет электронное письмо) = рассеянное внимание. Сестры поглядывали в телевизор вполглаза.

– Ты будешь писать Мюгетте?

– Вечером напишу. Не вертись.

– Поцелуй ее от меня. Как она себя чувствует?

– Кажется, неважно. С ней никогда не знаешь. Она такая…

Гортензия поискала слово, но не нашла.