– Я думаю, поэтому она и в городе. Они уже давно простились. Когда это затягивается, все становится невыносимым.

Танкред скрылся в доме. Беттина и Дезире тоже оставили покер и вышли к ним на террасу.

– Он уезжает? – спросила Беттина шепотом, как будто Танкред мог ее услышать.

– Все-таки, – сказала Гортензия, – Шарли должна была быть здесь.

Женевьева странно на нее посмотрела.

– Лучше не надо. Есть предел сил человеческих. Она могла бы в последний момент прыгнуть в машину и больше не выйти.

Гортензия уставилась на нее с недоверием.

– Ты хочешь сказать… Она покинула бы Виль-Эрве? Покинула бы НАС?.. Насовсем?

Женевьева посмотрела на дом и ничего не ответила. Беттина отвернулась.

Они стояли, бессильно опустив руки, перед «фордом мондео», как будто ждали от него разгадки тайн человечества.

Танкред снова вышел из башенки. Все метнулись к нему.

– О! Э-э… вы здесь, – сказал он.

И он тоже говорил вполголоса. Он положил последние коробки в багажник. Внутри характерно звякнуло.

– Ты пришлешь нам образец духов, которые изобрел? – спросила Беттина.

– Обещаю.

– А как он будет называться, этот крем из тины и моллюсков? – поинтересовалась Гортензия.

– Это еще не решено.

– Танкред…

– Да?

– Мы рады, что ты приехал сюда.