– А не сыграть ли нам песню, сынки?! – воскликнул Стырь. – Про комарика.

– Любо!

– А где Фрол? – вспомнил вдруг Степан. – Где ж есаул мой верный?

С минуту, наверно, было тихо. Степан посмотрел на всех… Понял.

– Погулять охота была, Тимофеич.

– Погуляем! Не клони головы!.. Одна тварь уползла – не утеря.

Налили чарки. Только больно резанула по сердцу атамана измена есаула.

– Свижусь я с тобой, Фрол, – сказал негромко. – Свижусь. Давайте, браты… Давай песню. Про комарика.

…В глухую полночь к острову подплыли две большие лодки. С острова, с засеки, окликнули.

– Свои, – отозвался мужской голос с одной из лодок. – Ивашка Волдырь. Батьке гостей привез.

– А-а. Давайте, ждет.

Степан лежал на кровати в шароварах, в чулках, в нательной рубахе… Не спалось. Лежал, положив подбородок на кулаки, думал.

За дверью, на улице, послышались голоса, шаги…

Степан сел, опустил ноги на пол.

Вошли Фрол Разин, Алена и десятилетний Афонька.

– Ну, вот, – сказал Степан со скрытой радостью. – Заждался.

Алена припала к нему, обвила руками его шею… Степан поднялся, тоже приобнял жену, похлопывал ее по спине.

– Ну, вот… Ну и здорово. Ну?..

Алена плакала и сквозь слезы шепотом говорила: