Размышления Дэнни были прерваны Лореттой.

— Сюрприз, — объявила она, ставя перед писателем блюдо из кальмара.

— Я так и думал, что отец приготовит кальмара.

— Скажу твоему отцу, что сюрприз получился лишь наполовину.

Мэй первой расправилась со своей пиццей. Теперь у Крошки были все основания зорко следить за давней подругой.

— Смотрю, тебе не больно нравится твоя пицца, — забросила крючок Мэй.

— Очень даже нравится, — прочавкала Крошка и тут же подхватила с тарелки последний кусочек.

Мэй взглянула на писателя:

— А ему, похоже, что-то вкусненькое принесли. Выглядит аппетитно.

Крошка буркнула в ответ, дожевывая остатки пиццы.

— Что, пицца почти как у Стряпуна? — спросила Мэй.

— Не мели чушь, — ответила Крошка, вытирая рот. — Такую пиццу, как у Стряпуна, я больше нигде не ела.

— Я сказала «почти».

— Может, похожа. Но не та.

— Надеюсь, леди, вы оставили место для десерта? — спросила подошедшая к ним Селест. — Вижу, пицца пришлась вам по вкусу.

— Вы спросили у повара про «секретик»? — напомнила ей Мэй.

— Спросила. Вы ни за что не догадаетесь, — сказала Селест.

— А вдруг догадаюсь? Мед, наверное? — спросила Крошка, и они с Мэй дружно захихикали.

Но их смешки быстро стихли. Официантка как-то странно на них смотрела. (В жизни мало что могло лишить Селест дара речи, но сейчас она онемела.)

— Что молчите? Это мед, да? — торжествующе спросила Мэй.