Мужское внимание ее всегда радовало, и этого приглашения она ждала уже несколько дней. Однако покачала головой и улыбнулась:

— Извините, Фрэнк, но сегодня вечером я занята.

Выражение его лица не изменилось, разве что брови слегка дрогнули. Рассматривая свои коротко стриженные и тщательно ухоженные ногти, он спросил:

— Мужчина?

Она весело осадила его:

— Я похожа на такую, что встречается с женщинами?

— Кто же он тогда? Прекрасный незнакомец?

— В этом-то жалком городишке? — Его же слова прозвучали в ее устах пародией. — Не будьте нелепым, Фрэнк.

Успокоенный, он пыхнул сигарой:

— Что ж, в таком случае не стану настаивать. Но не забудьте, у меня как у друга к вам особенный интерес. Буду рассчитывать на другой вечер.

Игривым жестом она изобразила упрек, ее яркая улыбка по-прежнему была уклончива. Для нее не остался незамеченным чувственный блеск в его откровенно благосклонном взоре, но она считала, что всегда сумеет управиться с мужчиной такого рода, как Фрэнк Хармон. А то и с любым мужчиной, коли на то пошло. Так много их побывало у ее ног.

Несколько минут спустя, шагая по Хай-стрит, она решила не идти домой к чаю. В последнее время по причине, о которой Грейси не могла догадаться, Кейт вела себя сдержанно, с ней стало трудно, а в поведении Дэниела, по-прежнему занятого поисками, чувствовалась некоторая отстраненность. Грейси не хотелось глушить чувство свободы и ожидания, которое распирало ей грудь. Более того, с той самой поры, когда Дэниел заговорил о ее сыне, Грейси отказывалась подсознательно, но упрямо стать участницей его замысла. То, что было с Вудбёрном, совершилось по глупости и было похоронено ею в прошлом, воскрешать его ныне не было у нее никакого желания.

Ребенок, которого отец забрал у нее прежде, чем она хотя бы увидела его, ничего для нее не значил. Разумеется, и она ничего не значила для ребенка, для которого уже были созданы новые связи и привязанности. Зачем ей ворошить то, что устоялось и притерлось, зачем рвать целительные ткани, какие время понемногу нарастит вокруг этой раны?

Нет, не станет, тем более теперь, когда она вернула себе любовь Мюррея, а значит, может строить свое будущее на счастливом замужестве. Ничто не должно мешать этому.

Дэниел, она была уверена, скоро устанет от своей погони за дикими гусями и согласится оставить все, как было… или, скорее, как все будет, когда ее надежды осуществятся и придет истинный расцвет ее личности.

Городок почти опустел. Наступило время, когда во дворах никого не было: дети сидели за уроками, а большинство хозяек занимались мытьем посуды и никто, кроме нескольких стариков да бродячей собаки на перекрестке, не выходил за порог. Грейси это было только на руку. Она отдыхала душой, неспешно разглядывая витрины магазинов.