— Какой?

— Есть у нас пословица древняя, — Хали сделала движение рукой, и её золотистый клинок исчез, — Пусти нуля в Медос, он и Целесту обнулит.

В другой её руке появилась печать со словом Каэля. Улыбнувшись, я забрал своё, кивнул Плети, а потом повернулся и пошёл вперёд.

В спину мне ударил порыв ветра. Хали — понятливая девочка. Мне даже не надо было смотреть, что она делает, я будто видел всё пространство вокруг со всех сторон.

Огненная Плеть понеслась навстречу соратникам, чтобы спасти, уберечь оставшихся.

А я шёл, впуская внутрь все свои предназначения. Сколько надрывались оракулы, пытаясь понять, кто я?

Избранный.

Просветлённый.

Одержимый демоном и ангелом.

Вестник воли Абсолюта.

Я имел право судить и наказывать. И начну я с этих стражей, которые почему-то думают, что правы.

Если б это было так, то внизу, в Инфериоре, не было бы столько крови. Я слышал их зов, голоса миллионов нулей, умирающих внизу на строительстве проклятых Зиккуратов. В рабстве у зверей и людей, на самой тяжёлой и каторжной работе.

Потому что у них не было силы. А те, у кого была, обращали её против слабых.

Такую цену нули должны платить за то, что защищают этот мир? Они — выходцы из нулевого дня творения, пришли в этот мир, чтобы защитить. Чтобы у этой вселенной не было последнего дня.

Именно нулевая сила защищает Инфериор от Целесты и Тенебры. Именно из-за неё Апепы почти не видят Нулевой Мир.

Но боги могут ошибаться. Барьеры стоят не против людей…

«Марк, береги себя!» — в голове прозвучал голос Халиэль.

Обязательно, моя хорошая.

Да, Хали развернула своих. Много порядочных ангелов погибло, но ещё больше она спасла.