— Кэйдар, ты убьёшь его! — Лидас, всё это время стоявший в стороне, не вмешивающийся в происходящее, всё-таки не удержался, вступился за марага. Но совсем не потому, что пожалел своего бывшего телохранителя, нет. Его другое заботило: мараг, после гибели Вимания, после того, как была испорчена карта, единственный знал тропу.

— Убить?! — Кэйдар рассмеялся громко, зло. — Думаешь, эту тварь так легко убить? Ошибаешься! — Он поймал варвара за волосы, рывком запрокинул голову, глянул в разбитое в кровь лицо. — Видишь! Он живучий, этот ублюдок.

Отшвырнул марага от себя небрежным движением, переступил через него, на ходу стирая с пальцев кровь о паттий на груди. Распорядился:

— Пусть он сам похоронит Вимания! Это будет меньшее из того, что он заслужил.

Виманий?!! Виманий погиб?! Это его смерть так разъярила Кэйдара.

Айвар сглотнул стон боли вместе с подкатившим к горлу комком тошноты, поднялся на руках, хватая раскрытым ртом морозный воздух. При каждом вдохе ныли рёбра и вообще все внутренности.

Сколько можно терпеть такое? Почему он просто не убьёт тебя? Ты и так стараешься не сопротивляться, может, поэтому только Кэйдар и сдерживается в последний момент? Его легко вывести из себя и этим можно воспользоваться.

Боль от побоев и слабость во всём теле не помешали уяснить суть происходящего. Виманий погиб! Его убили, убил кто-то этого добродушного безобидного старика. Его застрелили из лука!

Айвар глазами пошарил кругом, заметил обломок стрелы, втоптанный в снег, подобрал украдкой, чтоб Лидас не заметил, спрятал под плащом, затолкнув за пояс.

— Шевелись! — прикрикнул нетерпеливо Лидас. — Ты не слышал, что тебе хозяин сказал?

— Слышал! — огрызнулся Айвар, смакивая рыхло слепленным снежком кровь с разбитых губ и с подбородка.

Твоё чувство опасности не подвело тебя и на этот раз. Ты ведь всем им говорил с самого начала, что лучше вернуться назад. Это чужая земля. Здесь живут чужие враждебные люди. Какое-то незнакомое племя. Это они убили Вимания! Но почему-то не тронули никого из нас. Но что будет дальше? Что?

Место для Вимания нашли не самое подходящее, конечно, но от Айвара здесь ничего не зависело. Закладывая камнями тело картографа, он всё думал, думал, думал. Даже сбитые в кровь пальцы так не беспокоили его, как собственные мысли. Подумать только, за Пограничной цепью гор, в мире вечных снегов и вечного холода, живут люди. Мы, мараги, всегда жили с ними пососедству. Мы ничего не знали о них. Кто они? Как они сами называют себя? Чем занимаются и как устроена их жизнь?

Мы никогда не искали пути на эту сторону гор, ведь это запретные земли. Лишь твой отец в свои восемнадцать не поверил рассказам о том, что мир имеет предел. Он нашёл тропу через Пограничные горы, он три года, три полных зимы, пропадал где-то, и вернулся, вернулся тогда, когда все уже считали его погибшим. И вернулся не один, он привёз с собой свою жену и твою мать.