Как сильно он теперь был похож на варвара, на идана или даже на вайдара. Как всё-таки одежда меняет человека. Глядя на Кэйдара, Лидас не мог не удивляться. Хотя, если честно, облик Наследника, несмотря на нынешнее положение, он продолжает сохранять. Горделивая осанка, широко разведённые плечи, надменность взгляда, устремлённого выше голов окружающих.

Стройный, гордый, вольный, он стоял на плоской верхушке прибрежного камня, смотрел на реку. Туда, где стеной поднимался густой тёмный лес. Он и думать не думал о том, чтоб помочь Лидасу со скотиной. Даже не глянул в его сторону. Но Лидас и не ждал от него помощи, сам согнал коров к воде по пологому склону, подогнал коротким свистом отставших тёлок.

Снег с полей уже сошёл, земля днём раскисала, но ночами ещё морозец прихватывал. Река, мутная, с сильным течением, с пенными бурунчиками, шумела непрерывным баюкающим гулом.

Впервые за все дни им двоим доверили стадо, обычно Лидас пас вместе с Товием, немолодым уже, но ещё расторопным рабом-вайдаром, из тех племён, что жили высоко на севере, у самого предела Рифейских гор. Кэйдара же оставляли при кухне, на домашней работе. Тут царь Даймар действовал верно: держал их порознь, чтоб не было сговора, неповиновения или даже побега. Но теперь, спустя месяц, им стали доверять как-то больше, допускали определённую свободу и самостоятельность.

— А ведь эта речка, наверняка, впадает в Вайду! — крикнул Кэйдар, через плечо бросая взгляд на Лидаса.

— Да, вполне возможно. — Лидас повёл плечом. — Мелкие реки питают большие, так же люди говорят.

Заинтересовавшись, Лидас как-то по-новому глянул по сторонам. Справа, вниз по течению, поднимались заснеженные скалы, река делила их своим руслом на две отвесные крутые стены. Что-то жуткое было в этом холодном мёртвом камне. Но за ним, за этой непроходимой, непреодолимой на взгляд стеной были родные места.

— Если идти точно по течению, не заблудишься…

Интересно, на что он намекает?

Лидас зябко поёжился: ледяной, с гор, ветер, пробираясь под плащ, студил спину. А Кэйдар смело подставлял открытое лицо его порывам, хватал открытым ртом, чуть скаля белые зубы. Чёрные отросшие волосы отброшены со лба назад, и плащ за спиной полощется.

— Пойдёшь со мной? — предложил неожиданно, так неожиданно, что Лидас даже растерялся.

— Когда? — спросил, откашлявшись.

— Когда? — Кэйдар бровями дёрнул нетерпеливо. — Сейчас, конечно же!

— Прямо сейчас?! — Лидас моргнул изумлённо, рассмеялся над предложением Кэйдара, как над неуместной шуткой.

— А что, боишься? — Кэйдар смерил его взглядом, брошенным свысока, громко хмыкнул.