– Друг мой, посели его в какой-нибудь дамской спальне. Он будет нашим столько, сколько пожелаешь. Сохрани достоинство.

Обычно уговорами Валенсо было не успокоить, но Экспиравит умел быть убедительным. Он не раз замечал, что тихо произнесённые слова способны на куда большее, чем громкий лай. Поэтому тайный советник взял себя в руки. Он коротко кивнул, а затем рывком поднял Беласка с земли и пнул его к двери.

Двумя этажами выше, в ныне графских покоях, Освальд наконец уговорил Вальпургу подняться обратно в башню. Им обоим казалось, что она просто подавлена и испугана то ли гипнозом графа, то ли выстрелами и их причиной, но после преодоления лестницы у неё не на шутку вскружилась голова. Жгучая боль в ноге не прекращалась, уже не похожая на ушиб в порыве борьбы со стражем. Поэтому, пройдя к своей кровати, Валь дрожащей рукой приподняла подол и увидела на лодыжке укус. А вокруг него – покраснение и кровянистую опухоль.

Не иначе как она умудрилась наступить на гадюку.

Но какая это гадюка? Пот начал заливать глаза, сердце застучало сбивчиво. Ощущалось что-то похожее на озноб.

Рендр покарал её за слабость.

– Да что с вами, мисс чародейка? – заглянул к ней Освальд, и она вздрогнула, уронив край платья. Но было уже поздно: он заметил кровь и спешно приблизился. – Вы поранились?

– Змея, – сама не веря тому, что говорит это, выжала из себя Валь. – Меня укусила змея.

Схолитский жрец резво покинул башню, а затем вернулся с одним из солдат. Тот, не получив от Вальпурги никаких возражений, взял её на руки и по указанию Освальда донёс до покоев замкового змееведа. Когда-то здесь, меж террариумов и алхимических агрегатов, жили почтенные заклинатели змей семьи Видира. Но сейчас тут расположился Советник со своим бестолковым рыжим учеником.

Вальпурге казалось, что даже дышится тяжело. Однако она пыталась себя убедить, что это просто паника. И неравномерное биение сердца. Листья монстеры мелькнули перед глазами, а потом солдат уложил её на кушетку. Тут же над нею склонился одетый в домашнюю сорочку заспанный Кристор, а также сам Освальд. Но Кристор безо всякой симпатии покосился на жреца и попросил его вон, сказав:

– Ваших услуг боле не понадобится, я вас уверяю.

– Не зарекайтесь, – хмыкнул тот в ответ и удалился вместе с солдатом.

Кристор же обернулся к дрожащей волшебнице и успокаивающе попросил:

– Расскажите мне, мисс; вы видели виновницу? Хотя бы цвет?

– Вы шутите что ль, – прошептала Валь и сжала покрывало в кулаки. Почему она? Остров отверг её? Это потому, что она не спасла Рудольфа? Но ей пришлось собраться с мыслями: