Естественно, они обе говорили про сэра Лукаса Эленгейра, самого благородного рыцаря во всех королевствах от Астегара до Цсолтиги.

На похороны Рудольфа пришло больше людей, чем можно было ожидать. Бледный, будто иссушённый, он стал выглядеть ещё более строго, чем при жизни. Правая его рука была положена на сердце, левая лежала вдоль тела. Одетый в простенький чёрный сюртук, глава следственной службы будто бы прилёг отдохнуть. Таким его знали сэр Фиор Малини, сэр Джоск Ти-Малини и другие работники следственной службы, леди Кея Окромор, лорд Барнабас Хернсьюг и старшая чета Одо. Многочисленные слуги провожающих разделяли их печаль. Даже Герман казался не слишком-то радостным. Эпонея видела, что старый виконт чахнет день ото дня. Он стал всё меньше ходить, и его ноги отказывали ему. Поэтому даже теперь он сидел, тогда как все остальные стояли вокруг открытого гроба.

Пришедший из города жрец Схолия, Освальд, старательно читал над ним заупокойные молитвы. А потом, когда крышку закрыли и перенесли гроб на кладбище, Рудольф обрёл вечный покой рядом с поросшими сорняками могилами своих дедов. Так уж вышло, что его семья – сестра и мать – после начала войны оказались в Эдорте. И ни одного прямого родича не было рядом, чтобы проводить его. Только леди Кея, что принадлежала к Окроморам, младшей ветке Кроморов, имела право первой кинуть горсть земли ему вслед. Она сделала это, обессилевшая от слёз, истомлённая болью жизни.

Лорд Барнабас Хернсьюг взялся закапывать могилу снегом и мёрзлой землёй. И в повисшей тишине леди Нур Одо пробормотала:

– Не будет бедному грешнику покоя. Рядом с ним нет отца.

Никто не отозвался ей, потому что тайна пропажи тела лорда Роберта Кромора оставалась неразгаданной. И только схолит, худосочный старик с громадным носом-клювом, вступил в беседу:

– Почему же вы так считаете, милая леди? – мягко спросил он.

– Он не позаботился о последнем пристанище своего отца, – угрюмо ответила ему леди Одо. – Уйти в посмертие с таким грехом – незавидная судьба.

– Хм, – задумчиво протянул жрец Освальд. – Выходит, лорд Кромор не любил своего отца?

– Отнюдь.

– Отец велел ему похоронить себя с почестями?

– Кто знает. Лорд Роберт Кромор отличался весьма скверным нравом и много чего мог наговорить. Но есть же традиции.

– То есть, мы имеем, что лорд Кромор всё же любил своего отца, но позаботился о нём так, как посчитал более уместным. Мы не можем знать достоверно, сделал ли он это, или же нарушил погребальный ритуал. Однако, будучи знакомым с ним долгое время, вы утверждаете, что он был благородным человеком.