– Да вот я, видите, миледи, во всеоружии, – застенчиво сказала Эми и потеребила на плече заплетённую по всем канонам змеиную косу.

Валь ахнула и посмотрела на неё круглыми глазами. Потом на Морканта. Потом снова на неё. Они оба засмущались и каждый поглядел куда-то в сторону.

Подумать только. Если бы такое случилось год назад, она потонула бы в гневе и в возмущении. А сейчас она просто была счастлива за них, позабыв совершенно заветы о чистоте крови, о породе, о сословных границах…

«Не ты ли, проклятый, научил меня этому?»

– Я очень рада, – прошептала Валь и даже достала носовой платок, чтобы промокнуть влажные глаза. И сказала:

– Если вы того пожелаете, я бы хотела, чтобы Девичья башня стала вашим домом. Но к ней прилагается весьма грубая работа.

– О, милая леди Моррва! – Эми обняла её вновь. И запах маттиолы, вплетённой в её волосы, вновь одурманил Вальпургу. – Это… это… вы… вы просто не представляете! Мы бы даже мечтать о таком не стали! Несомненно, семья Умбра не была бы от меня в восторге; мистер М. думал найти какое-то жильё в городе, хотя… ну… хотя ему всегда нравилось заниматься кладбищем!

– Тогда – о чём разговор!

Моркант тронул Эми за плечо и языком жестов что-то попытался втолковать ей. Эми, следя за его пальцами, пояснила:

– Я действительно люблю… эту работу… там похоронено так много людей… и она трындит за них за всех… эй! – возмутилась она. А Моркант гулко хохотнул и увернулся от её тычка. Они были как дети. И Валь от души смеялась вместе с ними.

Только один вопрос продолжал беспокоить её. Она задала его почему-то вполголоса, будто не могла привыкнуть к тому, что можно говорить свободно:

– Сэр Моркант, а как же… а как же Банди? Он добрался до большой земли?

Рыцарь кивнул. И Эми передала его слова:

– Он прислал письмо. У него всё хорошо. Хочет вернуться после заключения мира.

– Мира… – вздохнула Валь. И полюбопытствовала:

– Есть какие-то слухи?

– Да. Говорят, остров может нам остаться. Но покуда граф да король выясняют отношения, дни идут, и они всё пересчитывают, спорят, согласуют. Конституции, контрибуции, ну или как их там.

Валь потёрла пальцы, размышляя о том, как эти двое выглядели бы за одним столом где-нибудь в королевской приёмной. Но не успела даже толком погрузиться в свои мысли.

– Валюша! – услышала она звенящий голос. Она обернулась к нему навстречу. Хотелось упоённо запищать в ответ. К ней бегом подбежала леди Кея. Шаг её был всё ещё нетвёрд. В трауре по своему брату и по своей тёще, вся чёрная, она всё равно сияла изнутри. Они стиснули друг друга в объятиях. Аж дух захватило от ликования. Валь уже не стеснялась радостных слёз, а Кея твердила ей: