— Сегодня ночью, — еле слышно шипит ректор.

Хаган отпускает его сразу же. Глядя на жалкого, дрожащего человека, растирающего себе горло, просто невозможно поверить, что он является руководителем целого кадетского корпуса.

— Вы пожалеете, полковник, — голос Ринора все еще сиплый.

— Не думаю, — отзывается Хаган, спокойно стирая подсохшую пену со щеки.

Похоже, она заботит Хагана гораздо больше, чем угрозы ректора.

— Что привез курьер? — деловито спрашивает полковник.

— Это не ваше дело, — предпринимает последнюю попытку не выдать тайну ректор.

— Что привез курьер? — чеканя слова, переспрашивает Хаган.

Ректор переводит взгляд на меня, дважды моргает, словно собирается расплакаться, и сообщает:

— Ваш брат женится. Я должен был передать приглашение на свадьбу вам и вашему отряду.

— Так почему же вы не хотели говорить сейчас, если все равно должны были передать нам приглашения? — удивляюсь я.

— Потому что вы не должны были знать об этом ближайшие десять дней.

Мы с Хаганом переглядываемся. Эх, папенька, хитрец! Конечно, нельзя мне знать, что здесь был курьер из императорского дворца. Ведь тогда я могу связать это с исчезновением кольца, или со смертью Лео… Лучше пусть курьер прибудет через десять дней, тогда не будет никакой опасности разоблачения.

— Прости, — бросаю я полковнику, но он лишь дергает плечом, давая понять, что не в обиде. — Так когда, говорите, свадьба?

28

Десять следующих дней я провожу в библиотеке практически безвылазно, разбираясь в записях, которые мы с Аэртом добыли из подземного кабинета. Спасибо Хагану, он не нарушил своего кураторского слова и освободил меня от учебы на это время. Ехать домой сразу я не считаю правильным. По моему глубокому убеждению, отец не должен знать, что ректор разболтал мне обо всем раньше намеченного срока. Пусть он пока думает, что все идет по его плану, и я ни о чем не догадываюсь. Я не боюсь, что ректор поставит родителя в известность о нашей осведомленности, ведь тогда ему придется объяснить, откуда мы получили сведения, а такой слабохарактерности отец никому не прощает. Ринор об этом знает не хуже моего и, конечно же, тоже молчит.

То, что Арана увезли во дворец, я не сомневаюсь. И это, конечно, доказывает то, что не родитель писал то сопроводительное письмо. В древних бумагах, вытащенных из тайного подземелья, нахожу много чего интересного с точки зрения истории, но почти ничего для меня. Я пытаюсь найти хотя бы какую-то информацию о кольце и о его связи с Араном, но интересующих меня сведений на старых, огрубевших от времени листах, нет. Я интуитивно чувствую, что в этих бумагах содержится нечто важное. Мне кажется, что просто не знаю, на что конкретно должна обратить внимание. Зато за время своих изысканий я нахожу несколько приговоров о казни и прошений о помиловании, подписанных именем Арана ХегАша. Никакого титула рядом не стоит, словно много лет назад это имя говорило само за себя, само являлось титулом, должностью. ХегАш был явно не последней персоной в государстве, раз имел право казнить и миловать. Насколько я знаю, в нашей империи такой властью обладает только отец. Выходит, или Аран опять солгал мне, говоря, что он не был королем, или устройство судебной системы у древних воинов было совсем иным, нежели у нас.