Что в свою очередь напомнило мне о рисунке длинноволосого типа колоритной наружности и я, пока вновь о нём не запамятовала, обратилась к родителю:

- Натан, полистай верхнюю тетрадь из стопки рядом с учебниками и взгляни на рисунок, что изображён на одной из её страниц.

Стоявший ко мне спиной "тореадор" тихо фыркнул в ответ, но, тем не менее,  послушно потянулся за указанной тетрадью. А увидев мои художества, замер.

- Что случилось? – забеспокоилась я, спешно застёгивая наряд, который (к счастью) не требовал помощи со стороны. После чего, шурша юбками, приблизилась к будто окаменевшему брюнету. – Тебе знаком мужчина на портрете?

- Да, знаком, - прозвучало после некоторой заминки. - Это мой отец. И то, что ты его нарисовала...

Недоговорив, дракон вдруг резко развернулся ко мне лицом и с какой-то отчаянной надеждой заглянул в глаза.

- Что?.. Почему ты так на меня смотришь?

- Джорджи... Ты даже не представляешь, что сделала, – вместо ответа произнёс родитель и, ухватив меня за плечи, притянул к себе ближе. - Я же все эти годы был уверен, что мой отец мёртв, а ты... Ты своим рисунком дала понять, как я ошибался. Он жив! Мой отец и твой дед жив, понимаешь?!

- Если честно, то нет. Какая связь между моим рисунком и твоим заявлением?

- Прямая, дочь! Вспомни, что я рассказывал тебе о роде Шамран. Мы можем найти друг друга под любым именем и личиной. Так ты нашла меня. Нарисовала, каков я есть, а не таким, каким меня знала и описывала твоя мать. Но этого не произошло бы, будь я мёртв. И, следовательно, ты не смогла бы нарисовать своего деда, если бы тот действительно погиб на последней войне с орками.

- Хорошо. Допустим, всё так, как ты говоришь, Натан, - поразмыслив, кивнула я, когда тот умолк. - Но почему тогда ты его не чувствуешь, как чувствуешь меня? И почему за столько лет твой отец не объявился? Почему позволил тебе, своему сыну и наследнику, считать себя мёртвым?

- Этому есть только одно объяснение, ребёнок! - судорожно вздохнув, отец обнял меня так крепко, что рёбра затрещали. - Но об этом мы поговорим чуть позже. А сейчас я хочу, чтобы ты кое-что сделала. Это очень важно.

- Что именно? - спросила, запрокинув голову, дабы посмотреть в лицо дракона, который держал меня в своих объятиях.

- Сказать мне имя того, кого ты нарисовала, Джорджи, - в ответном взгляде чёрных глаз отразилась такая гамма эмоций, какую мне доводилось видеть в них лишь однажды. В ту, нашу самую первую встречу, когда Натан открылся передо мной.

И я была бы рада помочь ему, но не знала как. В тот вечер, когда мы с Ларой обсуждали нарисованного мной мужчину, его имя пришло мне в голову само. Просто возникло и всё!