– Знаете, почему за тридцать лет войны на вас ни разу не нападали? – Деревенские задумались, замялись. – Потому что все эти годы вашу деревню защищала бабушка.

В толпе послышались шептания.

– По всему выходит, ты и правда ведьма? – боязливо подал голос кузнец.

– Скорее нет, чем да.

– Ты оборотень?

– Такой же, как и всякий человек. – Лара кивнула на Крэха, что пленял солдат. – Не я умею превращаться в зверя, а он умеет превращать.

Теперь всеобщее внимание было приковано к колдуну. Тот вернул деревенским многозначительный взгляд и, показав на клетки тростью, крикнул так, чтобы слышали все:

– Друзья мои! Хотите ли вы для этих нелюдей страшной мучительной смерти?

– Хотим! – дружно ответили те.

– Тогда слушайте! Я увожу солдат с собой, а вы забываете всё, что сегодня видели. Если кто узнает, что вашу деревню спасло колдовство… на кострище, быть может, и не попадёте, а вот на дыбу – уж наверняка. Эту тайну вы унесёте с собой в могилу. Никаких песен и сказаний о громадной кошке и прекрасном колдуне!

Лара с сомнением воззрилась на Крэха.

– Никому ни слова – даже меж собой не обсуждайте! – ораторствовал «прекрасный колдун». – Так вы проявите самую малую благодарность за то, что я сберегу вам память и жизни. Уяснили?

Люди ответили «да», бодро кивая.

– А теперь разойдитесь по домам и запритесь! Кто ставни откроет и хоть полноса высунет, того чудовищем сделаю. – Он указал на Лару. – Таким же точно.

«Ещё чуть-чуть – и мной начнут детей пугать», – печально подумала та.

Погасив костёр для пыток, деревенские разошлись: кто-то – с радостью, а кто-то – нехотя.

– Береги себя, Лара. Прощай!

– И вы прощайте. – Увидев рядом Крэха, Лара убеждённо сказала: – Они бы меня не сожгли.

– Может, и не сожгли бы, – легко согласился он. – Ведь из тебя бы вышла знатная шуба.

– Да чтоб тебя!