– В книге есть заклинание для тушения огня? – выразительно спросила Лара.

Крэх бросил безучастный взгляд на зарево пожаров.

– Не уверен.

К удивлению Лары, в деревню вкатила одна из повозок Крэха, с которой слезли три матроса.

– Мельник поведал мне о солдатах и, прежде чем тебя догонять, я отправил кучера за повозкой и товарищами, – вертя тростью, пояснил колдун.

– То есть… – обомлела Лара, – первое, о чём ты подумал…

– А мерзавцев-то сколько! Всё-таки не зря я за тобой поехал, – весело заметил Крэх, подходя к лежащему на земле солдату. Он поддел его голову сапогом и слегка наклонился. – Живой? Со мной поедешь.

По давно заведённому порядку Крэх замораживал раненых солдат, разоружал и уменьшал. Два матроса, притащившие четыре пустые клетки, сажали кирасир под замок. Вилда и третий матрос собирали пистолеты, палаши[17] и пики.

Лара только качала головой.

– Ты – вылитый жнец смерти.

Деревенские жители наблюдали за действиями Крэха и его помощников без понимания происходящего, но с одобрением.

– Лара, – спросил кузнец, показывая на сбор солдат, – как это понимать?

Та не знала, что ответить, не пускаясь в объяснения, и отвечала коротко:

– Как дань.

Пожары почти потушили. Снег больше не падал. Крэх собирал ещё живых с азартом грибника.

– Вот это улов! – приговаривал он. – Отличное пополнение моей коллекции. С такой отборной швалью и пираты не сравнятся…

Лара отряхивала камзол, когда из толпы вдруг сказали:

– Спасибо тебе, Лара. До конца наших дней мы перед тобой в долгу.

Ей стало неловко. Она совсем не чувствовала, что заслужила благодарность.

«Без чудовища я бы не справилась», – подумала Лара, а вслух произнесла: