Расправившись с ними, император занялся рутинными проверками сам, никому полностью не доверяя. И хоть он прекрасно разбирался в предмете и считал в уме, в данный момент цифры путались, сливались в расплывчатые пятна, а столбики иероглифов напоминали водоросли в ручье, своими покачиваниями вызывая головокружение: сказывалась очередная бессонная ночь. Но Ван Со непременно желал завершить эту монотонную и скучную работу до заката и упрямо вчитывался в свитки.

Как назло, императрице приспичило переговорить с ним именно сегодня, и она своим обиженным видом отвлекала его от подсчётов и вызывала ещё большую скуку и раздражение.

– Ты что-то хотела сообщить мне? – равнодушно и как бы между делом поинтересовался Ван Со, не поднимая на супругу глаз и не меняя позу.

Поинтересовался – и тут же заметил ошибку в цифрах, умышленную или случайную, нужно было прояснить. Только спустя пару минут нехитрых вычислений он сообразил, что императрица что-то начала говорить, и ему потребовалось немало усилий, чтобы сосредоточиться на её словах и недовольном лице.

– Сегодня день рождения вашего сына, наследного принца! – восклицала Ён Хва. В голосе её проскальзывали истерические нотки. – Как вы можете отказываться от встречи с ним даже по такому важному поводу?

Ах, вот оно что!

Ван Со на секунду прикрыл глаза, но тут же вновь вернулся к свитку, безразлично пожав плечами:

– Достаточно и того, что с ним видишься ты.

Не замечая, с каким пренебрежением обращается к супруге, он отстранённо вспомнил, что месяц назад та оплакала младшего сына, родившегося болезненным и слабым и не пережившего свою первую зиму. Но Ван Со подобное не трогало: это были её дети, пусть он и приходился им отцом. Он думал о них не больше, чем о многочисленных племянниках, о которых вспоминал довольно редко, и то с чьей-то подачи или когда заходила речь об измене.

– Он боится родного отца! – не унималась Ён Хва. – И всё потому, что вы относитесь к нему как к сопернику. Вы уже избавились от двух своих племянников! Но своему родному сыну вы должны доверять!

Ван Со в сердцах хлопнул свитком по столу.

Как же он устал! Устал от её присутствия, от её ожиданий и упрёков, от её вечного недовольства и притязаний на его внимание к ней и её детям, к которым он не испытывал ровным счётом никаких чувств. И пусть временами в нём пробивался светлый голос, напоминавший ему о том, что и он, Ван Со, когда-то был таким же брошенным сыном, он глушил в себе эти упрёки, не чувствуя ни малейших угрызений совести.

Наследники престола были всего лишь частью его сделки с императрицей, которую он безмерно презирал и ненавидел вместе со всей её семьей, включая детей, кем бы там они ни приходились ему лично.