Вместе с тем стекло искажается, приобретая мутный вид и становясь больше похожим на твёрдый туман.

Власова ладонь единожды вздрагивает, сжимается в кулак, замахивается в ударе над стеклом, но… проходит сквозь него. Ноги сами ведут меня, заставляя подойти ближе и удовлетворить любопытство. И вставая чуть позади Власа, я вижу вместо окна небольшую панораму: овраг и подступ к нему в виде четверти моста, оканчивающейся стальным туннелем, открытым с обеих сторон.

— Пункт Перехода, — говорю я.

Это очевидно, поэтому никто не подтверждает мои слова вслух. Влас лёгким движением руки заставляет панораму «подъехать» ближе, и мы оба одновременно вздрагиваем, когда видим то, чего видеть не ожидали и уж тем более не хотели бы ни при каких обстоятельствах.

Я накрываю рот ладонью, но это не помогает предотвратить обжигающие глаза слёзы. Стражи-таможенники: два защитника, один миротворец и один хранитель — все они мертвы. Лежат по периметру пункта, вдоль стальных стен с мерцающими линиями помех и покрытыми кровью экранами.

— Что за чёрт?

Мои слёзы и мой дрожащий голос собирают вокруг нас с Власом всех присутствующих в комнате. Теперь не две, а десять пар глаз уставились на смертельную картину.

— Это война, — голос Дмитрия звенит в моей голове колокольной трелью. — Кто-то объявил нам войну.

— И что теперь делать?

Я оборачиваюсь, чтобы взглянуть на Дмитрия. Теперь, когда речь идёт о всеобщей безопасности, наши личные разногласия не имеют никакого значения.

— Нужно узнать кто и зачем, и уже потом решать, как поступать, — отчеканивает Дмитрий. Затем декларирует чуть громче: — Сейчас основная задача каждого направления — найти способ минимизировать потери, не зависимо от источника их образования. К этому относится всё: начиная с магической энергии и заканчивая человеческими жизнями. Анита, — взгляд Дмитрия, до этого блуждающий по небольшой толпе, останавливается на девушке. — Срочно вызови всех кураторов и инструкторов, включая Татьяну с Евгением. Сбор у меня в кабинете через полчаса.

Дмитрий разворачивается на пятках и идёт к выходу. На пороге дверь едва не шлёпает его по лицу, когда неожиданно открывается сама.

Несмотря на то, что первой в гостиной появляется Шиго, всё внимание приковано только к той, что идёт позади неё. Нина. Раньше, чем кто-то реагирует, я бросаюсь к ней и лишь только чудом не сбиваю с ног, обнимая.

— Слава Богу, с тобой всё в порядке, — произношу я ей на ухо.

— Тебе спасибо, — Нинины руки крепко обхватывают меня в ответ.

Моя бы воля — я бы никогда не расцепила наши объятья. Но обстоятельства не на моей стороне, и их волю выражает Дмитрий, так и не ушедший, а лишь замерший в дверном проёме.