Благоговейная благодарность. Нина не рассыпается в красивых словах, как поступил бы кто-либо другой на её месте, но я думаю, что было бы лучше, если бы она надоедала мне со своими «спасибо», чтобы я могла на полном праве попросить её наконец заткнуться. Потому что вместо этого мне приходится терпеть на себе это «мне никогда не расплатиться с тобой за спасённую жизнь» в карих глазах защитницы без права на возмущение.

Из-за того, что Нина находилась без движения долгое время, её мышцы потеряли былой тонус. Мне удалось уговорить Антона включить её в наши занятия, но даже я понимала, что если мой успех и правда зависит сейчас от усилий, которые я прилагаю, то продуктивность Нины — только от её самочувствия.

Эдзе вернул Нине жизнь, однако не смог избежать банальных, но таких важных химических реакций, как распад мышечной ткани. Клятва, конечно, привносила в тренировки помощь, но едва ли могла стать неким подобием анаболика.

Нина всё знала и всё помнила, но воспроизвести ей удавалось лишь не требующую предельной нагрузки часть.

— Эй, Слав!

От мыслей меня отвлекает чей-то зов. Сначала я думаю, что это Нина или Бен, но те, когда я притормаживаю, уходят вперёд, увлечённые своей беседой. Чья-то рука хлопает меня по плечу. Оборачиваясь, я вижу Марью.

— О! Привет!

— И тебе, — с улыбкой отвечает Марья. — Первая за последние дни спокойная ночка. Круто, да?

— Ещё бы.

Не согласиться сложно, но в груди появляется неприятное ощущение, словно Марья только что напомнила мне о чём-то, о чём до неё я старательно пыталась забыть.

— Там к тебе гостья пришла, — Марья машет себе за спину. — Стражи на входе не хотят пускать её внутрь, пока ты не подтвердишь ваше знакомство.

— Знакомая?

— Симпатичная блондинка в дорогих шмотках.

Я благодарно киваю Марье и возвращаюсь к лестнице, спуск по которой только преодолела. Краем глаза замечаю, что Марья плетётся за мной. Уже наверху, в холле первого этажа, когда «хвостик» не отпадает сам, уходя по своим делам, я решаюсь спросить:

— А тебе ничем заняться не надо? Тренировки, может? Или помочь кому?

— Не-а, — весело сообщает Марья.

Не думаю, что она намного младше меня. Наверное, ровесница Марса. Но что в Марье, что в Марселе я вижу искреннюю беззаботность и некий детский шарм, которые не позволяют смотреть на них, как на равных.

«Они совсем дети», — хочется сказать. — «Они этого не заслужили».

— Ладно, — вздыхая, говорю я. — Тогда пошли. Познакомлю тебя со своей подругой. Она, кстати, ведьма ковена «Белая роза».

— Вот это круто!