— Значит, вы думаете, что это очередной подражатель? — спрашиваю я. — Тогда уверенно вам заявляю, что в этот раз, кем бы он ни был, в своих экспериментах он добился успеха. Химера, напавшая на меня, невероятно сильная и совсем не выглядела больной.

Едва я замолкаю, над домом раздаётся раскат грома. Вздрагивают все присутствующие, даже Бен, который от неожиданности ещё и пропускает пару ругательств.

— Что это было? — спрашиваю я, и мой голос звучит испуганно.

— Это наша вина, — отвечает Соня. — Когда мы нервничаем, такое часто случается.

— Когда эти двое, — Лиза указывает на сестру и Нину, — расстались, у нас в квартире спальню снегом заносило недели две.

Нина вопросительно приподнимает бровь. Затем внезапно встаёт, хватает куртку и рюкзак и говорит:

— Нам пора выдвигаться. Не знаю, как вы, а я всё ещё планирую найти своих друзей живыми.

* * *

Я оборачиваюсь глянуть на поселение, когда его уже почти не различить на горизонте: небольшая чёрная точка на фоне всё того же розово-серого пейзажа. Глаза уже привыкли к подобным краскам, и теперь они не кажутся чем-то красивым или необычным. В какой-то момент я даже ловлю себя на мысли, что очень хочется сморгнуть эту серость, как пыль, попавшую в глаза.

— Может, стоило попросить их о помощи? — говорю я. — Силы Сони и Лизы нам могли бы пригодиться.

— Слишком рискованно, — отвечает Нина.

Она обратно подвязывает волосы, в этот раз сооружая на макушке неаккуратный пучок.

— Но мы-то туда идём.

— А у нас работа такая, — отвечает Бен, демонстрируя мне ровный ряд белоснежных зубов.

Не думаю, что эта улыбка искренняя. Я бы больше поверила, если бы он вытащил из рюкзака гранату, выдернул чеку и со словами: «Всё прекрасно!» уронил бы её себе под ноги.

Хорошо, что индивидуальный комплект не предусматривает такого типа оружие.

Или я чего-то не знаю?

С мыслью о том, что во время следующего привала нужно обязательно проверить содержимое рюкзака, я догоняю ребят, которые успели уйти немного вперёд. А затем, нарушая шаг, вдруг падаю навзничь, подкошенная под колени мощным ударом чего-то невидимого. Бен распластался в полуметре от меня, и если я вытяну руку, то смогу коснуться его согнутого локтя. Чуть впереди — Нина и Ваня. Ваня свалился на бок, а Нина, идущая в момент удара спиной вперёд, лежит плашмя на животе, как и я, только головой мне навстречу.

— Что за чёрт? — Нина трёт лоб, поднимает на меня глаза.

У неё меж бровей кроваво-грязная ссадина.