Неужели, горячей воды здесь не водится?

— Нам не нужна горячая вода, — будто услышав мои мысли, говорит кто-то. Я не слышала, как открывалась дверь, но вижу, что за ширмой кто-то стоит. — На то, чтобы греть воду, нужно лишнее оборудование, лишняя энергия, лишнее время. У нас для этого есть собственное тело.

Голос явно принадлежит мужчине. И это всё, что я могу о нём сказать.

— Хорошо вам, — говорю я, усмехаясь. Но это лишь напускное: на самом деле ситуация меня страшно напрягает. — А как быть теплолюбивым гостям вроде меня, не способным к самонагреву?

Чужая рука скользит в щель между стеной и ширмой. Я прижимаюсь к стене, представляя в голове худший из сценариев. Но, вопреки всему, рука хватается за трубу, из которой вода поступает в душевой штанг. Несколько секунд — и от воды начинает идти пар. Я не могу сдержаться и подставляю лицо под струи. Вода тёплая, ближе к горячей. То, что нужно.

— Спасибо, — благодарно произношу я, забыв про неловкость.

А когда открываю глаза, ладони уже и след простыл.

Разогретой воды хватает для того, чтобы полностью вымыться и ещё немного просто постоять под душем. Не знаю, сколько времени в итоге провожу в ванной, но когда выхожу и иду в комнату, замечаю, что почти во все другие двери уже закрыты.

— Ты долго, — говорит Лиса. Она с младшим братом и старшей сестрой расположилась в комнате напротив нашей. — Твои друзья через уже десять секунд выбегали из душа, стуча зубами.

— Да, — я промакиваю волосы полотенцем. — Мне… Кто-то пришёл и нагрел трубу. Ты никого не видела?

— Только Лукас заходил пожелать нам спокойной ночи.

Лиса поправляет одеяло, которое у Зоула почти съехало на пол. Они ютятся в комнате ещё меньше нашей, с односпальной кроватью и кучей одеял, постеленных на пол.

— Как твоя шея? — спрашивает она.

В и без того красных глазах девушки отражается пламя свечей, в ряд стоящих на подоконнике.

— Отлично, — говорю я.

— А затылок?

— Тоже.

И не вру. Ни одна из травм и правда меня не беспокоит.

— Вы с друзьями могли бы оставить Марка здесь, а сами отправиться домой. Мы бы за ним присмотрели. Всё-таки, это случилось по нашей вине.

— Неправда. На вас напали.