— Что случилось? — спрашиваю я.

— Бомба уже была там, — выдыхает Ваня. — Она… Это, видимо, очень сильное заклинание, возможно, привязанное к определённому событию, предмету или действию.

— О чём ты говоришь?

— Столица, — Ваня качает головой. — Она стерта.

— Вот чёрт, — вырывается у меня.

— Что значит стёрта? — спрашивает Кирилл.

— Это ещё не всё, — продолжает Ваня. — К нам направляются гости.

* * *

На наше счастье, горное поселение хорошо скрыто за каменными холмами. Как сказала Доурина, мы можем видеть приближающийся силуэт, а он нас — нет, но лишь до тех пор, пока не подойдёт вплотную к горам.

— Нужно что-то делать, — Ваня нервно потирает ладони.

— Почему вы вообще решили, что это чужак? — спрашивает Кирилл.

Да, это было опрометчиво, но я выпустила их — и уже, если честно, плевать на последствия.

— Я знаю всех, кто проживает в нашей коалиции, — отвечает женщина.

Когда она скрещивает руки на груди, кожаная ткань её плаща неприятно скрипит.

— Вы не можете знать всех, — фыркает Кирилл.

— Мальчишка, ты даже не представить себе не можешь, сколько лет я здесь живу и сколько являюсь главой фениксов, — произносит она холодно, чуть подаваясь вперёд.

На Кирилла её тон не производит никакого впечатления.

— Это мрачная гончая, — продолжает она, переводя взгляд на меня. Немного снисходительный, словно я — единственная, кому такие элементарные основы нужно пояснять. — Они соседствуют с нами, но не относят себя к коалиции.

Ваня называл мрачных гончих ведьмаками-отшельниками. К сожалению, это всё, что я о них помню.

— Чисто теоретически, чем он может быть опасен? — спрашиваю я, вглядываясь в медленно приближающуюся тёмную точку.